спланировать все заранее в сговоре с Алези, чтобы и деньги присвоить, и дармовой ремонт

вагончика произвести чужими руками. Но он занимает определенную официальную, пусть и маленькую,

должность, он уездный князек, и потому неподсуден! Кроме того, он совершил поступок, идущей в

унисон с политикой государства в области жилья: загнать социально слабые слои населения (а - как

мы уже знаем - в Израиле социальное разделение почти совпадает с этническим) в сети частной

аренды или машканты.]

Жилье н работа неразрывно связаны, и бесправие в области одного неизбежно отражает бесправие в

области другого элемента связки. Для того, чтобы закрепить основную массу русскоязычных

иммигрантов, приехавших в последние годы, в положении поденщиков, наниматели и стоящее за ними

государство с беспрецедентной наглостью (что, впрочем, на Востоке норма) блокируют даже те

скудные законы, в каких новые иммигранты могли бы найти хоть какую-то защиту. По истечению года

работы на одном месте при ряде условий работник переходит в следующий разряд, и вот, чтобы не

допустить этого, работодатель его увольняет (конечно, если это русскоязычный новый

иммигрант) после ОДИННАДЦАТИ месяцев работы! Это срок, ставший стандартным для работы многих

"русских" на одном месте. Это одно из самых серьезных нарушений не только трудовых прав, но прав

человека в Израиле вообще.

А между тем об этом не писали газеты, не делался сравнительный анализ ситуации в этой области

разных этнических (субэтнических) групп.

* Лев ГУНИН.ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ.Гл.2 - стр.12

По подсчётам группы, издававшей самиздатовский альманах "Первое свободное слово", количество

увольнений с работы среди жителей караванных городков намного выше, чем среди других "русских".

Это понятно. Человек, живущий в караванном городке, после работы возвращается туда, где круг его

друзей и знакомых всегда один и тот же, где намного меньше разнообразия и новых впечатлений, где

он находится под постоянным психологическим прессингом, где его некому защитить, то есть, в

относительной изоляции. Живя в караване, он как бы оторван от тех человеческих связей, которыми

обрастают те, что не живут в караванах. В статье "Олимовское гетто" корреспондент газеты

"Ха-АРЭЦ" /одной из ведущих ивритских газет/ Аврима Голан писала: "В караванных городках "Гиват

Наполеон" и "Хапрот Иосеф" возле Акко живут тысячи "русских и эфиопских евреев". Тут нет никакой

инфраструктуры, нет даже поликлиники. Эфиопы живут в условиях полной изоляции. "В караванных

посёлках, - пишет Аврима Голан, - вырастают новые поколения граждан страны. Но они знакомы со своей

новой родиной -с Израилем - лишь по рассказам учителей." По мнению автора статьи, выросшие в них

дети никогда не станут патриотами Израиля. Кстати, несмотря на то, что отдельные

ивритоязычные журналисты в редких случаях вроде бы пишут в защиту новых иммигрантов, их

статьи либо на самом деле имеют скрытый иронично-издевательский подтекст, либо обретают

подобный скрытый подтекст в преломлении ивритской ментальности. Для подавляющего

большинства всех израильтян, прочитавших материал о караванных городках, вывод статьи Авримы

Голан звучит на самом деле по-другому: выросшим в караванных городках нельзя позволить стать

полноценными гражданами страны!

Одним из главных постулатов гулаговской психологии и гулаговского "законодательства"

является право "начальника" вершить расправу над рядовыми гулаговцами, над зеками, загонять их

до смерти непосильным трудом, заставлять их корчится от голода и холода, умирать от жары,

сотнями и тысячами калечиться и погибать на местах их работы. Именно эта гулаговская

особенность находит ярчайшее проявление в Израиле. Вот сообщение директора ведомства по охране

безопасности и санитарии труда, недавно созданного (до этого такого учреждения вообще не было)