— Мне любопытно, — я добавила перец и соль, мешая фарш с излишним энтузиазмом. — Я ведь не могу переключать мысли моментально.

— Вообще это полезное умение. Советую научиться, — он добавил бекон к луку.

Запах копчености, поджаренной до хрустящей корочки, дразнил рецепторы все сильнее, слюна наполнила рот. Организм точно насмехался, давая утвердительный ответ на вопрос.

— Думаешь, это так просто?

— Нет, — признал Люцифер, отрицательно покачал головой и призадумался. — Только когда у тебя нет выбора, приходится учиться, иначе рискуешь сойти с ума, — на мое обалдевшее лицо он продолжил свою мысль, не дожидаясь вопроса: — В армии некогда терзаться муками совести. Если будешь постоянно мусолить в голове тот факт, что отнял чью-то жизнь, тронешься рассудком.

— Ты не мучился? — выпалила я и сразу прикусила язык. — Там, я имею в виду, в Ираке.

Его лицо стало суровым, как железная маска, в момент скрывшая от меня привычного мне чуткого и заботливого мужчину, явившая другую сторону личности. Я поняла, что немного забылась, старательно видя в нем только хорошее. Само собой, он не причинил бы мне ни капли вреда, но если понадобится, примет жестокое, волевое решение.

— Там нет, — Люцифер выложил обжаренный бекон в фарш, добавил сыр и жестом показал, чтобы я размешала его. — Когда вернулся на гражданку, — он глубоко вздохнул, замирая с салфеткой в руке. — Тогда накрыло.

— Прости, — я стыдливо спрятала глаза, жалея, что завела такой разговор.

— Все в порядке.

Короткий миг наполнился угнетающей тишиной. С одной стороны, стало понятно: тему нужно закрывать. С другой, меня посещали теоретические вопросы, которые очень хотелось задать.

Люцифер разрезал булочки и начал подрумянивать их.

— Можно вопрос?

— Валяй, — нейтральным тоном разрешил он.

— Ты бы убил маньяка, случись такая необходимость? — я слепила котлету и теперь нелепо стояла с ней в руке, задавая столь серьезный вопрос.

— Я хочу, чтобы он сел, а не умер.

— Но вдруг, к примеру, — пустилась я в рассуждения, — встанет выбор моя жизнь или его?

— Сегодня у тебя философское настроение, — отшутился он.

Стало понятно: тянет с ответом. Боится меня испугать.

Котлеты зашипели, стоило им коснуться разогретой поверхности. Мы молчали. Я ждала. Люцифер думал, нужно ли мне вообще такое знание.

— Да, — он стиснул челюсти, не глядя на меня. — Я бы мог его убить, чтобы спасти тебя. Не раздумывая.

Я не нашлась с ответом. Да что вообще можно ответить на такое?

«Проклятие. Зачем я вообще задала этот вопрос?»

За нарезкой помидоров мозг лихорадочно метался в поисках ответа на вопрос «А смогу ли я так же?». Кислый сок защипал мелкие ранки от терки. К конкретному результату я не пришла. Убийство в состоянии аффекта не равно осмысленно отнять жизнь, пусть и того, кто сам отнимает их с завидной регулярностью.

— Я склоняюсь к мысли, что в Чикаго убийца тоже брал на примету жертв в одном месте, — Люцифер сам взял главенство в разговоре, переключая фокус внимания.

Я была не против.

— Почему?

— Все убитые жили в одном районе, — он перевернул котлеты, оценивая с секундной паузой румяную корочку. — Ходили в одни и те же магазины, рестораны, торговые центры, бары, прачечные, — долгая пауза. — Церковь. Любой сотрудник мог быть тем самым убийцей.

— Но ты бы вспомнил кого-то из местных, встреть ты его раньше, — я начала собирать бургер, складывая на булку сочный салат и ярко-красный кружок помидора.

Люцифер неопределенно качнул головой, возвел глаза к потолку, прикинул что-то в уме. Не ответил сразу. С излишней точностью отрезал два абсолютно одинаковых кусочка сыра. Либо опять корил себя за недостаточную самоотдачу, либо думал.

— Не факт, — заключил он. — Убийца мог иметь неприметную должность, в которую не входит общение с людьми.

— Например?

— Ты помнишь, как выглядит охранник или уборщик в ближайшем к твоему дому магазине в Нью-Йорке?

Сыр отправился на котлету, начиная плавиться, точно как мой мозг под обилием мыслительной деятельности. Я отрицательно покачала головой.

— Вот тебе и ответ, — вынес безрадостный вердикт Люцифер.

Когда бургеры были собраны, я спохватилась о том, что в холодильнике стоит нетронутое пиво. Взяла пару бутылок и под строгим взглядом Люцифера поставила их на стол.

— Что? — я поспешно сняла крышку со своей бутылки. — Бургер без пива — продукты на ветер.

— Алкоголь, Уилсон, — нравоучительно ответил он.

— Да брось, — отмахнулась я. — Одна бутылка.

Откусила наш совместный кулинарный шедевр и запила прохладным напитком. Пузырьки защекотали небо, к сочному мясу прибавилась хмельная горчинка.

— Ефдрифть ме-е-я наеэво, — пробубнила с набитым ртом, — как же ха-ашо.

Вкус был просто божественный, как будто к приготовлению этого бургера приложили руку все боги Олимпа вместе взятые.