— Я ведь не дизайнер, — упиралась она.

— Кейт, — я нежно погладил ее по спине, успокаивая необоснованную нервозность. — Моему дому нужен не дизайнер. Моему дому нужна хозяйка.

Она застыла, смущенная таким заявлением. Засуетилась, начала заглядывать под крышку, проверяя готовность омлета.

— Я просто… Я… — Уилсон начала притопывать ногой. — Это все так странно. Нереалистично для меня, — призналась она. — Никогда не думала, что обрету дом, мужчину рядом, который захочет быть со мной. Искренне, а не просто… от скуки.

В голосе слышалась искренняя растерянность, волнение новой жизнью, замаячившей на горизонте. Я вырвал ее из лап привычного, унылого мира, позвал в лучшую реальность, которую она заслужила.

— Иди ко мне, — я обнял ее за плечи, погладил растрепанные волосы, прижимая к себе. — Для меня важно, чтобы ты чувствовала себя уютно. Да, все происходит неожиданно для тебя, — я покачал головой, — да и для меня тоже. — Это просто дом, жилье. Я хочу дать тебе лучшую жизнь, потому что имею возможности.

Уилсон посмотрела на меня, нерешительно, явно чем-то смущенная.

— Я тут подумала... Знаешь... — она выключила огонь и начала раскладывать завтрак по тарелкам. — Вдруг у нас не получится?

— Не получится?

— Вдруг, — Кейт обреченно вздохнула, поджимая губы. — Мы начнем жить вместе и поймем, что не подходим друг другу. Что-то разладится. Или… Я не знаю.

Она всплеснула руками, убрала лопатку в раковину и спрятала лицо в ладонях.

— Мне страшно, что у нас может не получиться.

— Птичка, — я поставил тарелки на стол и снова обнял ее, кутая в своих объятиях. — Ты ведь знаешь, никто не даст тебе гарантий. Но в наших силах сделать все возможное, — я утешительно поцеловал ее в лоб. — Отношения — это серьезная работа, которая уже началась, и многое нам только предстоит. Мы можем сделать все, чтобы они были хорошими и продолжались, не рискуя закончиться спустя пару месяцев.

Кейт потерлась носом о мою грудь, сжимая пальцами ткань футболки на спине.

— Я чувствую, что все по-другому. Наши отношения, — она подняла голову, сталкиваясь с моим взглядом. — Это серьезно.

— Конечно серьезно, — я отодвинул стул, предлагая сесть. — И сейчас мы серьезно позавтракаем.

Вместо того чтобы сесть, Уилсон обвила мою шею, обнимая так крепко, что я чуть не задохнулся.

— Ты самый лучший.

— Это факт.

— И самый офигевший, — она легко ущипнула меня за бок напоследок и села на предложенный стул. — Сейчас завтрак, потом расследование, — деловито распорядилась Кейт.

— Мне нужно побеседовать с матерью Беккера, — я взглянул на часы. — Лучше сделать это сразу после завтрака, а потом заняться своими делами.

— Хорошо. Съездим сначала к ней, — Уилсон с аппетитом уплетала омлет, пока я разливал кофе.

— Тебе необязательно ехать вместе со мной. Можешь остаться, почитать дневник.

— Я хочу поехать с тобой, — упиралась она. — Вдвоем можно заметить куда больше.

— У тебя целый дневник не читаный. Ты обещала Джеку, что изучишь его. К тому же этот мистер «Х», — я поставил кружки на стол и сел. — Вдруг он замешан в смерти Линды? Если они были любовниками.

Уилсон задумчиво пожевала губы, гоняя гриб вилкой по тарелке, никак не желающий поддаваться ее усилиям.

— Ладно, — с легкой досадой согласилась она. — Быстрее дочитаю, быстрее покончу с этим.

— Именно.

Некоторое время мы молча ели, анализируя свои мысли. Я прикидывал вопросы, которые следует задать миссис Беккер.

— Почему ты считаешь, что дело о пропаже сестры Билли важно?

Я прислушался к своему чутью, постарался отделить желаемое от действительного. Определенно, такое событие для столь маленького городка весьма резонансно. Часто ли здесь в принципе пропадают люди? Сомневаюсь.

— У меня чувство, что это зацепка, — заключил я вслух. — Может это была его самая первая жертва?

— Первая жертва? — Кейт даже жевать перестала.

— Да. Случайная, к примеру.

Я пожал плечами, утверждать наверняка не мог, только предполагать. И что-то мне подсказывало: самые невероятные предположения имеют право на существование.

— Ты прав, — согласилась после раздумья Уилсон. — Нельзя списывать со счетов все варианты.

Она вернулась к завтраку, налегая на него с особым усердием. В моей девочке, определенно, проснулся боевой дух.