Он был один. Мантия порвана и забрызгана кровью. Левая сторона лица покраснела, как от сильного жара, а с другой щеки свисал ободранный клок кожи. В руках у мага был недлинный пылающий огнем жезл и серебряный сигиль, вокруг которого колыхалось фиолетовое свечение. Он недобро улыбался, но от многочисленных щитов черты толстяка исказились, сделав его смешным лупоглазым болванчиком.

— Лучший бой тот, который не состоялся, — ощерился я, материализуя Меч Лодарка.

— Сунь Цзы. Уважаю.

— Куда сунуть?

— Как ты сюда попал, новик? Как прошел сквозь Затерянный Город? — отбросив любезности, вопросил маг.

— Не твое собачье дело.

— Плохой ответ.

— Лучший, который ты заслуживаешь.

Мой собеседник на некоторое время заткнулся, явно раздумывая, завалить меня сразу или еще некоторое время повести светские беседы. На самом деле, зря я ему так грублю. Из нас двоих невеждой являюсь я.

— А ты сам-то кто такой выискался? Мочить инквизиторов, пусть и из другого кластера… затея так себе.

Толстый маг улыбнулся еще шире.

— Наступает время, когда старыми правилами можно будет подтереть задницу. Награда слишком ценна, чтобы бояться такой мелочи, ха-ха …

Черт подери, в его смехе явно слышалась истерика.

Наша схватка неизбежна. Но, чтобы она не стала избиением, мне нужно снова применить уже столько раз выручавшую за сегодня магию. Правда, был нехилый такой шанс, что, попробовав вновь активировать «Дар Цогота», я свалюсь на пол со взорванной башкой.

Но стоило мне запустить заклинание, как жирный маг замер на полуслове. Подаренные Цоготом чары привели его в сильнейшее возбуждение!

— Да кто ты, черт дери тебя такой, парень?! — удивленно вскинул он брови, но удивление продлилось недолго. Уже через секунду, взмахнув жезлом, он запустил в меня облачко огненной взвеси. Дебафф.

Я, было, попытался просмотреть Линии Судьбы, как сегодня уже делал не раз, но… но всему есть предел. Эта магия вымотала меня неимоверно. И новая попытка запустить чары окончилась даже хуже, чем «ничем». Они расплелись буквально на кончиках пальцев, высвободив накачанную энергию не в мир, а в меня самого!

А-а-а-а!

Внутри будто разорвался файербол! Волна боли затопила сознание, выжигая мысли и чувства. И тут же на мою тушку обрушилось выпущенное жирдяем проклятье. Но я его даже не почувствовал. Откат распавшегося в руках заклинания просто размазал меня по камням.

Но не убил.

Здоровье просело до красной зоны, поле зрения скукожилось до полуметра, а тело стало чужим. Но все-таки я остался жив и потому успел увидеть удивительное.

Как сумрак покоев царя Айура взрезают арки порталов и из них выходят закованные в светящиеся латы воины. Жирный маг ошеломлен, но принимает неравный бой. Но его быстро «закатывают в асфальт».

Последнее перед тем, как его дебафф опустил мое Здоровье до нуля, было то, как Легатус Маркор пронизывает призрак царя Айура мечом насквозь.

— Использовать меня втемную, не лучшая затея, — прошипел я в лицо призрачному майору.

Тот тяжело вздохнул, пожевал губами…

— От лица моего руководства приношу искренние извинения.

— Можешь ими подтереться!

Верещигин снова вздохнул.

— И все же. Я узнал не сразу, а когда узнал, вы были уже далеко. Эта операция проходила по другому ведомству.

— Так, а чем же занимается ваше?

— Борьбой с вероятным противником. Вернее, с вероятными противниками.

— С кем, с кем?

— В основном с американцами, но вот и бритты беспокоят в последнее время…

Американцами? Подброшенная при помещение в мир «Героев Энроя» память смутно указывала на некое государство под названием Соединенные Штаты Америки, кое издавна было противником России.

Твою ж мать, только вляпаться в местечковые разборки мне не хватало… Стоп! А ведь отряд жирного мага пришел как раз таки из американского кластера!

Видимо, озарение чересчур явно проявилось на моем лице, и Верещигин кивнул.

— Как только мы узнали, что в деле замешаны амеры, сразу вмешались.

— Не больно-то сразу.

— Как только позволили обстоятельства. Но и у меня есть вопросы. Например, как вы, господин Джо, вообще добрались до Затерянного Города и Летящего Дворца?

Летящего Дворца?

— Так сложились обстоятельства, — хмуро брякнул я.

Очнувшись утром близ Обелиска Возрождения в Недарне, я долго не мог понять кто я и где я. Сознание находилось в полном раздрае. В таком бардаке даже с трудом делящие мою тушку Начала не решались снова развязывать бойню, опасаясь ненароком разнести нас всех в пыль.