Она будет требовать внимания и обижаться. Какие сделки я смогу заключить, если буду вертеть в башке мысли о том, что там сейчас в голове у Ани?

Речь шла о фиктивном браке, значит, это должна быть сделка. Так будет честнее всего. Правильнее и разумнее. Выгоднее для нас обоих.

После того как вывел Сабину на чистую воду, долго сидел на нашей семейной койке рядом с Аней. Много чего передумал. Процедив сквозь зубы ругательства, осознал, что, с одной стороны, запрещаю себе сближаться, а с другой — рассчитываю снова подмять её под себя.

Как там говорят? Мужик обязан быть решительным, твёрдым и должен точно знать, что делать дальше.

Я таким и был, а теперь сам себе противен, потому что распустил слюни.

Раздумывал, крутил мысли в голове, больше получаса разглядывал её спящую. Моя строптивая жена напрокат была великолепна. Под тонкой тканью простыни виднелся изящный силуэт. Я должен был перестать гонять нейроны, заботясь о своём удовольствии, и подумать о её чувствах.

Но уйти далеко не удалось. И это бесило больше всего. Именно этой сумятицы я и не хотел. Вот этих разборок, затем тревог и переживаний. На хер это мне? Всё это портит жизнь и совершенно никому не нужно. Вздохнув, тру руками перила лестницы. Верните тупых девок и ничего не значащее горизонтальное танго. Вроде бы выяснили. Я увеличил расстояние. И всё по плану, но…

Я остаюсь у её двери. В момент особенно ярких воспоминаний о её губах и руках полотно резко распахивается, и я оказываюсь нос к носу со своей новоиспеченной супругой. М-да. Сабина бы уже умоляла простить её за то, чего она не совершала. А вот у Ани такое лицо, будто она готова играть в бильярд моими яйцами. Кто же знал, что секретаршу я выбрал себе под стать?

Наши взгляды жарко переплетаются. Она смотрит на меня как на врага народа и отворачивается первой.

— Пойдёмте, босс, нас ждут великие дела, — решительно шагает вниз.

Хватаю её под локоть.

— Аня…

— Кофе сварить?! Я могу. А ещё, если надо, составить чёткий список того, кто и что нам подарил. Жаль, пары у нас на бракосочетании присутствуют сплошь женатые. Не удастся отомстить неугодным подарком.

— Какая у тебя бурная фантазия.

Взгляд падает на ложбинку пышной груди. Как же тяжело заставлять себя не хотеть. Ей идёт подаренное мной колье. Подвеска по центру, гладкая и аккуратная, провалилась между грудей... так уютно устроилась там... Как же хочется достать её … зубами.

— На самом деле, это очень плохое качество, Герман Игоревич. Мужчины любят предсказуемых, лёгких, сговорчивых женщин. Они удобнее в использовании.

— Аня, — почти хриплю, подвеска конкретно так сбивает.

— Да что же вы заладили одно и то же, Герман Игоревич? Вас заело? Проблемы с артикуляцией?

— Давай не будем конфликтовать.

Я осматриваю её с ног до головы и, оценив короткое обтягивающее голубое платье, кладу руку на талию.

— Это-то что такое, Герман Игоревич?

— Это стандартная часть любого фиктивного брака.

— Я думала, мы должны держаться на расстоянии.

— Мы только что поженились.

Аня звонко смеётся. Ей идёт. Ей всё идёт.

— Ну, Герман Игоревич, — мотнув головой, так что волосы красиво рассыпаются по плечам, подчеркивая контур лица, — вы либо к красным примкните, либо уже с белыми в атаку. — Медленно отклеивает от себя мою руку. — А то, как в известной поговорке получается, если её капельку перефразировать: «Хотите и рыбку съесть и на палочку полукопченой приземлиться».

Сжимаю губы, чтобы не рассмеяться.

И хоть меня это раздражает, я не могу не оценить её чувство юмора. Да, я не стал ей признаваться в любви, но фактически ничего плохого не сделал. Так что она обязана придерживаться нашего договора.

— Трудно с тобой, Анна. Ты моя жена, а люди в браке трогают друг друга. Мы не должны вызывать подозрений. Только что целовались, а теперь вернёмся к столу как соседи по парте?

— А вы представьте, что мы в браке больше двадцати лет и у нас с вами произошло эмоциональное отчуждение. К этому рубежу совместной жизни у нас накопился определённый негативный багаж из непроработанных обид, ошибок, разочарований и взаимных упрёков. Иногда эту ношу просто оставляют без внимания, а в нашем с вами случае, Герман Игоревич, сосуд переполнился, и решение о разводе кажется единственным приемлемым вариантом.

— Чего?! — испытываю шок.

— Чего-чего? Я требую развод, босс, — смотрит прямо в глаза. — Мне не понравилось быть за вами замужем.

Смотрю ей в лицо. В ушах эхом отдается сказанное ей слово «развод». Но я не могу оторваться от Ани, у неё очень красивые глаза, и это сбивает меня с мысли. Что я там планировал? Ах да! Фиктивный брак. Чёткая цель! Рациональные отношения! Курс на победу! Никаких сюси-пуси.

Но она сказала «развод»? Мы поженились два часа назад, и моя секретарша требует у меня развод? Прекрасно. Большего позора я ещё не испытывал. Я поджимаю губы, проглатываю ком негодования и, чтобы не сломать папину лестницу, ставлю руки на пояс.