Затем попросила доказательные документы, что на момент выдачи доверенности он был без сознания. Дима показал ей свою выписку из больницы. Нотариус забрала документы и попросила нас выйти. Ей нужно было время для принятия решения. Мы вышли из кабинета. На Диме лица не было, он так переживал, аж руки подрагивали.

Я присела перед ним и взяла за руки.

— Дыши, солнышко — говорю ему. В его глазах полыхает пожар несправедливости и отчаяния — тихо выдыхай.

Он пытается, но с третьего раза у него получается спокойно выдохнуть.

— Вот так тихонько — поддерживаю его.

Он сжимает мои пальцы.

— Тише ещё ничего не решено, не переживай — пытаюсь его успокоить.

Он кивает и наконец-то немного успокаивается.

Замечаю кулер в холе.

— Хочешь воды? — предлагаю.

— Нет, спасибо, Лин — нервно улыбается и отпускает мои руки.

— Хорошо, а я не откажусь.

После таких переживаний за него аж в горле пересохло.

Наливаю себе стаканчик холодной воды и присаживаюсь на диван, рядом с которым остановился Дима.

— Может, передумаешь? — протягиваю ему стакан.

— Спасибо — забирает из рук и делает несколько глотков, прикрывая глаза.

Ну вот, а сам не хотел.

— На — Дима отдает мне стаканчик — спасибо, там половинка осталась — очень виновато.

— Хорошо, мне хватит — отвечаю и делаю долгожданный глоток.

Не успеваю допить воду, как нас вызывают обратно в кабинет.

Ну, с Богом, поднимаюсь и иду вслед за Димой.

Нотариус подает Диме документы и просит изучить. Я сижу по- одаль, поэтому даже представить не могу что там. Но судя по тому, как в процессе прочтения Дима успокаивается, и начинает улыбаться — всё получилось.

После ознакомления Дима расписывается.

Нотариус говорит ему о том, что может подготовить документы для суда в части оспаривания выдачи такой доверенности, так как она была выдана в нарушении закона, так как Дима был без сознания. Дима немного сомневается и, ссылаясь на то, что при необходимости, потом обратиться если что. Всё-таки это его мать.

Дима забирает документы, кладёт их в пакет и убирает в карман под сидением.

Мы выходим из здания. Дима скатывается по пандусу, я рядом.

Немного проехав, он останавливается и разворачивается ко мне.

— Всё получилось — его глаза горят от радости.

— Да — это здорово.

Он берёт меня за руку и тянет к себе на колени.

Сажусь ему на колени и обнимаю его. Он прижимает сильнее.

— Спасибо, что верила — его голос срывается.

— Я всегда в тебя верю — немного отстраняюсь и целую его в щёку — потому, что ты самый лучший.

Его глаза блестят. Он мотает головой.

— Это ты невероятная моя — его голос немного хрипит.

Он чуть склоняет голову и касается моих губ своими, нежно, трепетно, ласково, заставляя забыть обо всём.

Лина.

Дима немного отстраняется и счастливо улыбается. Я так рада видеть его таким.

— Куда дальше? — спрашиваю его.

— На работу, будем восстанавливать моё положение. Только, Лин — он немного замялся — там будет Жанна, мать не дала мне её уволить вчера. Но сегодня я это сделаю на всех правах.

Жанна…

— Ты был с ней в близких отношениях? — задаю вопрос, который волновал меня со вчерашнего дня.

— Лин — его голос охрип — для меня это ничего не значило. Она была не против, а я…Я, мне нужна была разрядка периодически, я был свободен и никогда не планировал заводить отношения с девушками. Она просто была удобной в этом отношении.

— То есть ты использовал её? — поражаюсь его откровениям.

— Нет, Лин у нас с ней всё было по обоюдному согласию. Был просто секс, ничего более и её и меня это устраивало до поры до времени.

Ему неудобно это рассказывать, он закусывает нижнюю губу и словно собирается с силами. Тяжело выдыхает.

— Лин, всё это было до появления тебя в моей жизни — он смотрит так пронзительно.

Но ведь у меня тоже были отношения с Женей до Димы.

— Я тоже просто удобная для тебя? — решаюсь уточнить, вдруг он просто соглашается с тем, чтобы я была в его жизни.

— С ума сошла?! — его глаза расширяются — Нет, конечно. Ты…ты любимая для меня и это совсем другое — его голос охрип.