Папа использовал медицинский подход, чтобы объяснить маме мое состояние, но она так ничего и не поняла. Она лишь видела, как ее дочь-подросток сходит с ума и устраивает сцены, и хотела, чтобы это прекратилось. В конце концов, она перестала пытаться вразумить меня после того, как я объяснила, что панические атаки не контролируемы, и позволила мне с этим справиться.

В то время так было лучше для нас всех, но сейчас единственное, о чем я могу думать, — о словах мамы, чтобы я сделала несколько глубоких вдохов и прекратила глупости. Мне очень хочется услышать, как она это говорит. Хочется поверить. Чтобы вернуть контроль над ситуацией. Потому что в этот момент я чувствую, что снова там. Мне пятнадцать, и мое сердце вот-вот разорвется, только на этот раз у моей панической атаки есть причина. Эта причина — шесть футов три дюйма, темноволосый, весь покрыт татуировками и, очевидно, в ужасе от мысли, что я могу его полюбить.

Бл*дь.

Одеваюсь дрожащими руками и отправляюсь на поиски Лэйси: она сидит на диване, копаясь в мобильном телефоне, который выглядит словно был сделан в начале девяностых. Она закатывает глаза, когда видит меня.

— Зет ушел. Он сказал, что ты отвратительна. Пожалуйста, скажи, что ты не делала ничего слишком странного с моим братом сегодня утром.

О, боже правый. Серьезно? Он сказал обо мне непристойности Лэйси? Я никогда не была девушкой, которая позволила бы тому, что говорит парень, влиять на нее, и все же сейчас я чувствую, что мое сердце разрывается. Есть какой-то способ держать себя в руках, когда это происходит?

— Ты в порядке? Ты выглядишь не очень хорошо.

Лэйси убирает телефон в карман джинсов. Квадратик света от дисплея, просвечивается сквозь материал ее брюк. Я смотрю на него до тех пор, пока он не темнеет, и тогда охватившее оцепенение покидает меня.

— Мне нужно увидеть Пиппу. Хочешь пойти?

Лэйси хмурится.

— Не думаю, что Зи это понравится. Он сказал, что хочет, чтобы мы остались здесь. Вообще-то, он сказал, что тоже останется здесь, но…

— Да пошел он, Лэйси. Если он не потрудился остаться здесь, то какого черта мы должны?

Это звучит совершенно логично для меня сейчас. Я не полная идиотка: знаю, что полиция ищет меня, но также знаю, что Чарли известно, где живет Зет. Если Зета не будет рядом, чтобы бессовестно стрелять в людей, сомневаюсь, что мы в безопасности.

Лэйси оглядывает меня с ног до головы, ее лоб наморщен. Морщинки исчезают, когда она принимает решение.

— Ладно. Но для твоего сведения, Пиппа сказала несколько неприятных вещей о Зи… моей маме, когда мы встречались в последний раз. Она была очень грубой.

О матери Зета? Откуда, черт возьми, Пиппа могла что-то знать о матери Зета? Я искренне сомневаюсь, что он поделился какой-либо информацией, а Лэйси никогда с ней не встречалась.

— Что она сказала? — спрашиваю я.

Лэйси качает головой.

— Я не хочу об этом говорить.

Когда Лэйси говорит, что не хочет говорить о чем-то, обычно не стоит настаивать.

— Ладно. Неважно. Тебе не о чем беспокоиться. Я прослежу, чтобы она была милой, хорошо?

Мы выходим из склада и, только оказавшись на улице, я вспоминаю, что у меня нет гр*баной машины. Страховая выплата, должно быть, уже поступила, но меня не волновали административные вопросы, такие как проверка банковского баланса. Я вызываю такси, и мы с Лэйси ждем снаружи склада, прижавшись друг к другу, чтобы согреться. Мы могли бы вернуться внутрь, но сомневаюсь, что кто-то из нас хочет этого сейчас. Телефон в кармане Лэйси звонит три раза, прежде чем появляется наша машина.

— Кто это?

Лэйси пинает землю своими поношенными, когда-то красными «Конверсами», и пожимает плечами.

— Не знаю. Какой-то парень. Он постоянно звонит.

Она достает телефон и выключает его. Наше такси прибывает: мы уже собираемся сесть внутрь, когда вдалеке появляется седан Майкла.

— О, боги, — говорит Лэйси.

— Да. О, боги.

Думаю, теперь у нас проблемы. Обычно спокойное лицо Майкла искажено яростью, когда он остановился позади такси. Он глушит двигатель и выскакивает, бросаясь нам навстречу.

— Какого черта с тобой не так? — шипит он. — Ты пытаешься заставить Зета убить меня или что?

— Ты за нас не отвечаешь, Майкл, — бросаю я в ответ.

Лэйси фыркает, скрывая легкую усмешку.

— Вообще-то, готова поспорить, что так и есть. Зи послал тебя в качестве няни, верно?

Майкл не удостаивает нас ответом. Он наклоняется к таксисту протягивает двадцатку и велит ему уезжать, да побыстрее. Водитель делает то, что ему говорят, и вот мы с Лэйси стоим у склада с разъяренным Майклом.

— Вы возвращаетесь внутрь, — сообщает он нам.

— Нет. — Мне надоело чувствовать себя словно в ловушке. Я ни за что не вернусь в это здание. Пока травмированное, яростное выражение лица Зета не станет далеким воспоминанием. — Я собираюсь навестить Пиппу, — говорю я.

— Мозгоправа? Какого черта? У Лэйси недавно был прием.

— Это нужно не ей. Мне. Твой босс — первоклассный засранец, и я хочу поговорить со своей подругой.

Моя непоколебимость в этом вопросе, должно быть, ясна как день, потому что Майкл издал разочарованный вздох, а затем вскинул руки вверх.