Миа понимающе кивнула.

— Я когда-то знала такого парня. Хочешь знать, где он сейчас? Дома с нашими тремя детьми.

— Нейт совсем не такой, как Лукас. Или как Ник. Эти парни не боятся показывать свои чувства.

— Они не были такими, когда мы с ними познакомились, — Миа легонько сжала мою руку. — Я не знаю Нейта, поэтому не могу сказать наверняка, но я знаю, каково это — чувствовать то же, что и ты, и волноваться, что он никогда не будет чувствовать то же самое. Потерпи, дай ему время осознать, что у него есть. Сосредоточься на других вещах. Позволь ему скучать по тебе.

— Так вот что ты сделала?

Она задумалась на мгновение.

— Мы с Лукасом жили на расстоянии океана друг от друга в течение нескольких месяцев после нашей первой встречи, поэтому скучать друг по другу было в порядке вещей. Но я скажу тебе, что мне пришлось научиться делать — перестать зацикливаться на том, что принесет будущее, и научиться наслаждаться настоящим.

Я вздохнула.

— Ты говоришь как Марен. Она всегда говорит мне, что я должна научиться быть более собранной. Она думает, что это поможет мне достичь большего внутреннего мира и гармонии, — я свела пальцы и изобразила в воздухе между нами сердечко.

Миа засмеялась.

— Боже, я люблю Марен. Кто знает, может, она права! Конечно, больше внутреннего мира и гармонии никогда никому не повредит.

Я поблагодарила ее за совет и предложение работы, и мы перешли к другим темам. В 3:30 я осталась с малышами, пока она бегала забрать Джанни из школы, а чуть позже помогла ей приготовить ужин для них троих. Ник написал, что ребенка пока нет, но Коко точно рожает, и он сообщит нам, как только появятся новости.

Я вернулась домой около шести, и подумывала о медитации или йоге, чтобы быть более собранной, но решила надеть пижаму, постирать вещи и досмотреть «Это мы» (избавившись от половины упаковки салфеток, потому что я не могу смотреть это шоу без слез). На ужин я разогрела оставшиеся спагетти и подумала, делает ли Нейт то же самое. У меня почти возникло искушение написать ему сообщение и узнать не нужна ли ему помощь или компания, но решила этого не делать. Сегодня утром он действительно вел себя как задница.

И я пошла к нему вчера вечером. Теперь была его очередь. Даже он должен быть в состоянии понять это.

Пока я готовилась ко сну, Ник написал, что Коко родила девочку, которую они назвали Фрэнсис, в честь прабабушки Ника, и будут звать Фрэнни. С ребенком все было в порядке, с Коко все было в порядке, и все наслаждались шампанским. Это заставило меня улыбнуться — у них были все основания для праздника. Любовь, которая бывает раз в жизни, четверо прекрасных детей, ничего, кроме счастливой жизни, впереди.

Как некоторым людям так везет? — задавалась я вопросом, лежа без сна в темноте. — Как в этом огромном мире, полном миллиардов людей, некоторым удается найти того единственного человека, с которым им суждено быть вместе? Как им удалось сделать так, чтобы все частички идеально легли на свои места? Было ли это вопросом географии?

Ведь Коко и Ник учились в одном колледже. Однажды он увидел, как она проходит мимо кампуса, и понял, что это она. Значит, и время тоже имело значение.

Что если бы она в тот день опоздала на занятия? Что, если бы он смотрел в другую сторону?

Я подумала о Мие и Лукасе. Они познакомились в Париже, когда Миа случайно зашла в бар, где он работал.

Что, если бы она выбрала другой бар? Что, если бы он не работал в тот вечер? Что, если бы не было дождя, и она вообще не пошла бы в бар? Что, если бы она продолжала идти?

Если бы хоть одно из обстоятельств изменилось хоть на йоту, один из фрагментов мог бы не сложиться, и их пути никогда бы не пересеклись. Их история осталась бы нерассказанной.

Я подумала о решении Стеллы быть с мужчиной, чье общество ей нравилось, хотя между ними не было физической искры.

Успокоилась ли она, потому что устала ждать, или же решила извлечь из этого максимальную выгоду?

Логически я понимаю, что иметь такого спутника, как Уолтер, было бы лучше, чем проводить ночь за ночью в одиночестве. Но это казалось таким несправедливым.

Почему молния ударяет в одних людей, а в других нет? Почему некоторые из нас снова и снова выбирают не тех людей, а у других все получается с первого раза? Почему в детстве нам говорили, что нужно слушать свое сердце, в то время как такие вещи, как география, время или удача, казалось, имели гораздо большее значение?

Что же все-таки знают наши сердца?

Нейт

В понедельник Эмми не звонила, не писала и больше не заходила.

Не было от нее вестей и во вторник.

И в среду.

Сначала я чувствовал себя виноватым, потому что решил, что это моя вина — вести себя так, будто между нами ничего не изменилось в понедельник утром после всего, что произошло в воскресенье вечером. Возможно, ее чувства были задеты. Или, может быть, она была в замешательстве. Я знал, что должен связаться с ней, извиниться, объясниться, но по какой-то причине не мог заставить себя поднять трубку телефона или пройти через коридор, и постучать в ее дверь.