– А как насчет радиации?
– спросил Энди.

– Если мы будем находиться на расстоянии двух миль, мы поглотим лишь минимальную дозу, может быть, двенадцать сантирентген, но если они используют термоядерное оружие, а не оружие деления, скажем, ядро из гидрида лития с урановой оболочкой, тогда это будет термоядерная нейтронная бомба с той же взрывной силой, но в 30 раз большей радиацией. Я бы предположил, что...

Свет погас, погрузив весь комплекс в полную темноту.

– Это не очень хорошее развитие событий, - заметил доктор Белджам.

– Этот ублюдок отключил рубильник.

– Устройство выключено!
– крикнула Сан.
– Бабу ничто теперь не мешает ворваться сюда!

Пламя зажигалки Энди прорезало темноту, и троица направилась обратно в Зеленую 11. Сан опрокинула металлический стеллаж, и они с Белджамом подтолкнули его к двери.

– СААААААААААН!

Голос Баба был хриплым и воспаленным, но все равно громогласно разнесся по коридору и колени Сан подкосились от страха.

– Посмотри, что ты со мной сделалааааааа!
– прорычал он.
– СО МНООООООЙ!

– Дай мне свою рубашку, - сказал Энди Сан.
– Моя слишком мокрая.

Она подчинилась, раздевшись до спортивного лифчика. Энди намотал рубашку на рукоятку топора и зажег ее как факел.

– Фрэнк, где кирка?

– Кажется, я уронил ее в коридоре. Хочешь, принесу?

– Я ИДУУУУ К ВАААААМ!

– Пожалуй, нет, - тут же отказался Белджам от своего предложения.

Дверная ручка повернулась. Сан крепко ухватилась за металлическую раму полки и прижалась к ней.

– Помогите мне!
– крикнула она. Фрэнк и Энди навалились на стеллаж своим весом. Дверь взорвалась, откидывая металлическую конструкцию через всю комнату.

Баб загромоздил дверной проем. Его кожа была покрыта волдырями и шелушилась, коричнево-черная, а не красная, как обычно. Один рог отпал, обнажив кровоточащую рану. Губы потрескались и кровоточили, и когда он дышал, кусочки плоти вылетали, как струйки. Левый глаз отсутствовал; на его месте был липкий, капающий сгусток крови. От него несло вонью разложения и смерти.

Раньше Баб язвил и насмехался, действуя расчетливо с садистским упоением.

Теперь он стал просто бешеным псом.

Это напугало Сан еще больше.

– Эй, Баб!

Голос раздался позади демона, в коридоре.

Баб обернулся.

– ТЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ?!
– зашипел он.

Энди поднял факел, и они увидели, как вентиляционная решетка упала с потолка и в отверстие пролезла темная фигура.

– Рэйс, - прошептала Сан.

Генерал Рэйс Мердок спрыгнул вниз. Прежде чем влезть в вентиляцию, он заглянул в медпункт. Помимо того, что он накачал себя различными обезболивающими и стимуляторами, Рэйс сделал себе оружие. Он примотал самый большой скальпель, какой только смог найти, к палке от метлы, а затем обмотал ленту быстро застывающим стекловолоконным гипсом.

Генерал встал, взял импровизированное копье в здоровую руку и направил его в голову Баба. Рэйс чувствовал себя так, словно проиграл кулачный бой с газонокосилкой. Но Баб выглядел еще хуже.

– Заблокируйте дверь, - крикнул Рэйс троице.
– Бегите.

– А вы?
– спросила Сан.

– Я уже один раз умер. Баб воскресил меня. Одному Богу известно, во что я превращусь. На этот раз я не собираюсь безропотно сдаваться. На этот раз я уйду с фанфарами.

– Удачи, Рэйс, - сказал Энди.

Рэйс подмигнул.

– Удача не нужна, если есть умение. А теперь идите.

Сан кивнула на прощание и захлопнула дверь в Зеленую 11.

Коридор был погружен в абсолютную темноту.

Светился только красный глаз Баба.

– Я вижу тебя в темнотеееееее, - прошипел Баб.

– Ненадолго, - ухмыльнулся Рэйс.

Он вложил в выпад все: свою ярость из-за того, что монстр сделал с Хелен, свое разочарование от того, что промотал сорок лет жизни, опекая Баба, свое недовольство тем, что его воскресили. Копье вошло в глаз Баба, пробило его мозг и застряло в задней части его черепа.

Демон с криком упал.

Рэйс почувствовал движение позади себя. Он повернулся и увидел огромные светящиеся глаза гигантского демона, отродье Баба.

– Ну ты и здоровенный сукин сын, - сказал Рэйс.

Он пошарил по полу, нащупал свое копье и выдернул его из Баба.

– Ты голоден, большой мальчик? У меня есть для тебя кое-что пожевать.

Рэйс улыбнулся, и когда чудовище открыло пасть и вонзило в него свои клыки, Рэйс всадил копье до упора, в последний момент своей жизни вспомнив свой последний танец с Хелен.