Платина решила, что с благодарностью придётся подождать, возможно, даже до утра, если приёмный папаша припрётся поздно ночью, да ещё и в подпитии.

Она знала, что слуги не могут есть с хозяевами за одним столом, поэтому даже не предложила девочке присесть. Но видя её голодный взгляд, не удержалась и протянула миску с тушёными баклажанами, добавив туда пару ложек риса.

Оки немного поотнекивалась, но, подчинившись приказу, в минуту умяла угощение, ловко орудуя пальцами вместо столовых приборов, и, едва расправившись с едой, рухнула на колени, ткнувшись лбом в пол.

— Спасибо вам, самая младшая госпожа! Да благословит вас Вечное небо за вашу доброту!

— Встань сейчас же! — досадливо поморщилась Ия, подумав, что вряд ли эта девочка часто наедалась досыта, в который раз чувствуя себя подавлено пропастью, разделявшей их миры. — И заведи себе ложку. А то руками есть… неудобно.

Пока Оки относила посуду, девушка сходила в уборную, а когда вернулась, застала у дверей своей комнаты нетерпеливо переминавшегося с ноги на ногу слугу.

— Чего тебе?

— Господин прислал за вами, самая младшая госпожа, — с почтением ответил пожилой мужчина с тусклым, густо покрытым морщинами лицом.

"Не забыл про меня приёмный папаша, ну вот и поблагодарю", — усмехнулась про себя девушка, интересуясь:

— Куда идти?

— Господин ждёт вас в кабинете, самая младшая госпожа, — пояснил собеседник. — Я провожу.

— Ненужно, — покачала головой Платина. — Я дорогу знаю.

И в ответ на его растерянное бормотание твёрдо заявила:

— Дождёшься мою служанку и передашь, где меня искать!

— Но, самая младшая госпожа…! — едва не взвыл мужчина.

— Она скоро придёт, — успокоила его Ия и, не слушая его причитаний, отправилась по узкому проходу мимо главного зала.

За бумажными окнами домашнего кабинета начальника уезда горел свет. Стоявшая у дверей служанка громко объявила:

— Самая младшая госпожа к господину!

— Пусть войдёт! — отозвался чиновник.

Женщина помогла поздней визитёрше разуться, и та, чувствуя нарастающее волнение, осторожно шагнула через низенький порожек.

Приёмный папаша сидел, откинувшись на низенькую спинку кресла, пристально уставившись на неё чуть прищуренными светло-карими глазами.

— Добрый вечер, господин, — церемонно поклонилась девушка. — Примите мою нижайшую благодарность за вашу доброту и заботу. Я не достойна такого внимания.

— Вам понравилась комната, Ио-ли? — благосклонно поинтересовался тот.

— Она великолепна, — совершенно искренне ответила приёмная дочь. — Я даже не надеялась на что-то подобное. Вы очень добрый человек, господин.

— Я вам многим обязан, Ио-ли, — усмехнулся собеседник и понизил голос: — Вы спасли мою любимую сестру, и это лишь малая часть моего долга перед вами.

— Вы заставляете меня чувствовать себя неудобно, господин, — почти не притворяясь, смутилась Платина.

Внезапно хозяин кабинета громко хлопнул в ладоши.

— Эй, кто там?

За спиной гостьи чуть скрипнула дверь, и раздался голос служанки:

— Слушаю, господин.

— Принеси нам чаю.

— Да, господин.

— А вы присаживайтесь сюда, — начальник уезда сделал приглашающий жест в сторону ближайшего к своему столу кресла.

Дождавшись, когда она скромно усядется на краешек, мужчина подался вперёд и совершенно неожиданно предложил:

— Расскажите мне о вашем мире, Ио-ли?

Поначалу растерявшись от подобной просьбы, девушка озадаченно пробормотала:

— Наш мир велик, господин. Что вы хотите знать?

— Понимаю, что ответить на подобный вопрос непросто, — ободряюще улыбнулся хозяин кабинета. — Поэтому просто расскажите о вашей жизни, а я буду спрашивать, если чего-то не пойму.

Гостья задумалась. Она прекрасно помнила, что скрыла истинную профессию своих родителей не только от собеседника, но даже от его сестры, которую считала подругой, и теперь лихорадочно размышляла, как построить свою историю, чтобы самой не запутаться во вранье? Сделав вполне приличную карьеру на государственной службе, приёмный папаша вполне способен распознать фальшь в её словах.

Начальник уезда не торопил, молча наблюдая за ней.

Пришла служанка с чаем. Едва она расставила посуду и вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь, Платина тихо заговорила:

— Я родилась далеко от столицы — в большом городе, где тогда служил мой отец.

— У вас есть братья и сёстры? — тут же спросил собеседник.

По ощущениям Ии их беседа длилась около двух часов, но при этом в своём рассказе она даже до поступления в школу не дошла.

Приёмного отца интересовало буквально всё, а ответ на один вопрос тут же рождал новые.