Но Ник помнил, что случилось с теми людьми около вокзала.

Да, транслятор они уничтожили, но прожили после этого очень недолго.

– TREBOVAT RABOTNIKI! – повторяла гусеничная машина, подползая ближе. – ISPOLNIAT ZADACHU – POLUCHIAT EDU! ZAVTRA VOSHOD SVETILA – SBOR VYSOKOIE KLADBIZHSCHE! PRIHODIT MNOGO!

– Штрейкбрехеров приглашают, – пробормотал Влад злобно. – Только куда?

– К Высокой церкви, туда, где могилы королей, – ответил Ник, думая о том, что сам может стать одним из этих «штрейкбрехеров».

На следующий день он встал еще до рассвета, и свет включать не стал, чтобы не разбудить Анну.

Ей и так тревог предостаточно, пусть хотя бы выспится.

Выскользнул в сырой, холодный туман и поспешил к остановке трамваев, что вот-вот начнут ходить. Нужно оказаться у Высокой церкви пораньше, чтобы уж точно попасть в число работников.

Метро закрылось вчера, но трамваи, к счастью, бегали как обычно.

Когда Ник приехал к древнему кладбищу, притулившемуся на откосе над Дунаем, народу там было не так много, как он ожидал, менее сотни. Он присоединился к раздраженной, сонной толпе, стараясь не привлекать внимания, и принялся ждать, поеживаясь на резком ветру.

– Видал те штуки, что они по городу натыкали? – спросил расположившийся рядом мужик, лысый, в сине-оранжевом комбинезоне, какие носят работники коммунальных служб. – Я пока сюда ехал, пять штук насчитал! Ну чисто монстры на ногах железных! Интересно, что это такое?

– Не знаю, – ответил Ник, поправляя очки.

– Вышки буровые вроде нефтяных, – вступил в беседу стоявший перед лысым старик в черном пальто. – Я инженер, я знаю, я их в свое время столько перевидал, ужас.

– Да только нефть-то у нас откудова? – лысый задумчиво почесал макушку.

Но тут рядом с ними затормозила машина Чужаков, и разговоры мигом прекратились.

Из бронированного кузова полезли солдаты, в комбинезонах и с оружием, но без шлемов. Следом подъехал другой автомобиль, поменьше, нечто вроде броневика, и из него выбрался офицер в роскошной форме: сплошь черная кожа и украшения из серебристого металла.

– Чисто фашист, только без фуражки… – пробормотал лысый.

К офицеру подкатил робот-переводчик, и начал с пулеметной скоростью выплевывать короткие фразы:

– ORUDIIA BRAT! UKAZANIIA SLUSCHAT! VSE ISPOLNIAT! RABOTAT BYSTRO! NEPOVINOVENIE – STRELIAT!

Ник попытался разобрать, что говорит сам Чужак, ухватить хоть что-то из его речи, но вновь не преуспел.

«Орудия», а на самом деле обычные лопаты и тачки, взяли из подкатившего грузовика. А затем их повели мимо могил туда, где торчал шпиль храма и рядом с ним жужжал движком еще один аппарат Чужаков, похожий на уродливого механического журавля.

Ник не успел даже задуматься, для чего нужна эта штука.

«Журавль» шагнул вперед и вонзил длинный «клюв» в стену Высокой церкви. Взвизгнуло так, что заныли не только уши, но и зубы, и строение в один миг обвалилось. Над развалинами поднялось облако пыли.

– Как же так? – плаксиво вопросил старик-инженер. – Это же… древность… История!

Ник не почувствовал ничего, его печаль и слезы остались во вчерашнем дне, там, где рушился университет.

Поэтому он без каких-либо эмоций смотрел на то, как средних лет мужик с исказившимся лицом, занеся лопату, бросился на одного из Чужаков; тот вскинул автомат, прозвучала короткая очередь, и дергающееся тело упало на землю, поливая ее кровью.

Подобная смерть за последние дни стала обыденной.

– UKAZANIIA SLUSCHAT! NEPOVINOVENIE – STRELIAT! – повторил робот-переводчик. – PONIMAT?

Если и был кто непонятливый, то он предпочел смолчать.

Людей-работников поделили на несколько групп, и каждой досталось особое задание. Ник вместе с лысым и стариком-инженером оказался занят на разборе обрушенного храма.

Отколупывай древние кирпичи, обломки раствора, складывай в тачку, вези ее туда, где ждет грузовик…

Другим повезло меньше – их заставили выдирать с корнем деревья на кладбище, разрушать надгробия, выкапывать гробы. Что бы ни затеяли Чужаки в районе Высокой церкви, им нужен был пустой, аккуратно выровненный и перепаханный участок земли от обрыва до самой дороги.

Ник быстро начал выдыхаться, и не только потому, что не привык к такой работе, но еще и оттого, что с позавчерашнего дня толком не ел. Они с Анной экономили, чтобы протянуть подольше, да еще и отдавали все, что могли, детям, оставляя себе по чуть-чуть.

Он хрипел, спотыкался, обливался потом, и наконец не выдержал, остановился.

Ближайший Чужак нахмурился, повернул оружие в сторону замершего на месте работника.

– Я только отдышусь… – выдавил Ник, но дуло уже смотрело ему в лоб.