— Ну…извиняй. Мы тоже.

— Угу, я вижу.

— Да слушай, мы ж так, пугали. Хрен знает, кто здесь мог быть? Знаешь, сколько банд развелось нынче?

Угу. Знаю. Вот одна как раз по мою душу прибыла.

— Слушай, как насчет того, чтобы просто мирно разойтись?

— Уходи. Кто тебе мешает? — ответил я. — Развернулся и свалил.

— Угу, а ты мне в спину шмальнешь? — хмыкнул Серега.

— А ты осторожно отходи, не подставляясь. Зашел за дом и свалил отсюда.

— Да как я свалю? Тут поля везде. Я отбегу на сто метров, а ты спокойно выйдешь и шмальнешь меня.

— А оно мне надо?

— А я откуда знаю?

Некоторое время мы молчали. Видно каждый пытался придумать выход из сложившейся ситуации.

— Брось оружие и подойди к лестнице, — крикнул я.

— А ты меня грохнешь! — возразил противник.

— Надо ты мне… — проворчал я.

— Тогда лучше ты. Оружие можешь не бросать, но держи в поднятых руках, чтоб я его видел.

— Да хрен тебе!

— Ну, вот и тебе хрен…

Мы вновь замолчали.

— Слышь? А ты откуда? — окликнул меня Серега.

— Из Белого, — ответил я.

— О, так мы почти земляки! — обрадовался он. — Меня Серегой звать, а я из Сосновки. Это недалеко, километров…

— Я знаю, — перебил его я.

Так, судя по его словам, мы, значит, где-то вдали от родных земель, раз он землячество вспомнил.

— А тебя как зовут? — меж тем спросил «земляк».

— Меня не надо звать, я сам приду, — сострил я.

— Ладно, черт с тобой! Но ты это, слышь, земеля?

— Ну?

— Давай искать выход из положения. Сидеть здесь вечно у нас не получится…

— У меня получится, — хмыкнул я. — Могу тут ждать, пока тебя не вырубит.

— А может тебя раньше! — ехидно отозвался Серега.

— Может и меня, — легко согласился я.

Ага, гляди, вырубит меня! Если меня начнет вырубать, то тебя, козлина, тоже. И раз так, то я лучше попытаюсь тебя прибить — кину гранату, и следом спущусь. Авось получится. Либо не успеешь от гранаты уйти, затормозишь, либо я таки подстрелю.

Да он и сейчас далеко не в лучшем положении — я вон стою у перил, гляжу вниз и держу под прицелом этаж. Только сунется — тут же получит.

А вообще, ушлый тип: вон, знакомиться пытается, про «земляков» мне в уши дует, овечкой мирной прикидывается. Угу…был бы понаивнее, может и поверил бы, а так…пой птичка, пой…

О! Единица агрессии капнула. Закончился, значит, водитель. Ну, туда и дорога ему.

А кстати, об этих самых единицах…

— Слышь, друг, — крикнул я последнему противнику.

— Ну?

— А ты часом не из тех психов, что гоняются за единицами полезности, у которых всякие задания не пойми от кого? — спросил я скорее наобум, чем действительно надеясь что-то узнать.

— Почему они психи? — удивился человек внизу, и эта его реакция в свою очередь удивила и меня.

— Кто в такую чушь поверит? — заявил я.

— Да почему чушь то? Есть такие, и это не психи. Ты-то сам из чистых, поди?

— Из кого? — не понял я.

— У тебя системы нет. Ты — чистый, — ответил Серега. — Вот потому и не веришь. А вот у меня есть.

— Есть? — переспросил я.

— Ну…

— И что тебе все эти единицы дают? На хрен оно вообще надо?

— Сам пока не пойму, но есть догадки. Давай уже пушки уберем и поговорим как люди…

Ага! Да сейчас, бегу прям!

Так, отлично. Теперь я точно знаю, что не псих. Ну, или же там внизу сидит очень ушлый тип, который понял, что я двинулся мозгами, и подыгрывает мне.

Хотя не, сильно сложно. Это уже я себя накручиваю.

Так что, если все эти единицы полезности кажутся не только мне, но и другим людям…

— Слышь? А если ты тоже из этих…получается, ты уже умирал? Ну…в настоящем теле?

— Да… Слушай! Давай уже спокойно поговорим…

Он вещал еще долго, пытаясь уговорить меня убрать оружие, спуститься и «поговорить», вот только я ему не верил. Насчет того, что он меня не пристрелит, во всяком случае.

А вот что он ответил насчет «умирал»…блин, фантастика какая-то, ей богу.

Хотя…я в мире начавшегося зомби-апокалипсиса все возможно. Кто бы сказал мне пару лет назад, что я сюда попаду — я бы только у виска пальцем покрутил. Кто в такое поверит вообще?

Но вот, я здесь…и вот есть тип, который рассказывает, что умер, ожил в новом теле и получает всякие там единицы полезности. Так же, как и я сам.

— Слышь? А зачем эти единицы вообще нужны? — спросил я.

— Я задолбался орать. Давай так: спускаешься — я тебе рассказываю все, что знаю, и расходимся мирно. Как тебе?