Балигор перевёл взгляд на замершего в воздухе человека. Что ж, теперь он стал казаться ему немного реальнее. Содержать внутри так много сущностей наверняка чудовищно сложно и раз во время военных действий Элим передвигался быстро и большую часть времени сражался времени на контроль за балансом было немного. Сейчас человек восстанавливал пошатнувшиеся равновесие и вот почему не спешил вернуть свои духов обратно. Взгляд бога снова вернулся к заговорившему с ним духу.

– Ты человек. Ты павший противник своего Господина?

– Он не мог господин, - возразил Вернер, - он мой друг. Я погиб, а он сохранил мою душу.

– Меч и пламя, - Гальтрому не составило труда определить суть сил Вернера, - знакомый с мечом и уважаемый огнём. Весьма достойно для твоего возраста. Как ты погиб?

Балигор едва слышно закашлялся, услышав вопрос Гальтрома. Подобные вопросы не были запретной темой, но команда Крушителя Преград взяла за негласное правило его избегать. Они были в тот день над Металлом и знали, что воины Альянса сражались с честью и упорством, каким бы позавидовали многие армии в Империи. Зачем же напоминать разумного о его смерти, чтобы узнать несколько конкретных деталей.

– Я сгорел, - ответил Вернер, - со своим мечом в руках.

Брови Гальтрома на мгновение приподнялись: он понял, о чем именно говорит человек. Воины, идущие по пусти оружия обладают одним изъяном – без того самого оружия их сила заметно ниже. Самые продвинутые на пути связи с оружием решают её создавая собственное оружие. Оно сделано не из металла, камня или любого другого материала. Оно соткано из воли меча и воли его владельца. Гальтром видел даже богов, не сумевших постичь этого страшного умения. Человек перед ним сейчас был на уровне Высшего Существа, очень посредственного, но в ауре ещё улавливались нотки Рыцаря. Неужели человек сумел получить свой меч будучи ещё Рыцарем?

– Ты можешь его показать?

– Меч – для битв, не для хвастовства.

Гальтром сцепил зубы. За его спиной один из маленькой армии его чиновников закричал от боли и повалился на землю от невидимого для глаз удара.

– Прошу простить меня, воин. Моя свита временами забывает, чего она на самом деле стоит.

Вернер не знал, как на это реагировать, поэтому просто кивнул.

Гальтром теперь внимательнее прошёл взглядом по всем призванным духам. Помимо людей здесь было ещё много представителей парочки рас, и конечно отдельной группой можно было выделить демонов. Он не мог оценить их ауры, так как те находились в поле действия сил Элима, поэтому оценивал исключительно по внешности.

Неуч, пожелавший высказаться, услышав слова Вернера увидел в них дерзость, вызов. Гальтром же увидел в них ровно то, что и сказал человек: меч – это оружие, оружие предназначено для битв. Это просто неуважительно, призывать свой меч, не для битвы, а сражаться с Гальтромом воин не желал.

– Как твоё имя, воин?

– Вернер.

– Я его запомню, Вернер. В следующий раз я не упущу твой меч из виду во время битвы. Вас больше не побеспокоят.

Мечник вновь кивнул и шагнул обратно в поле действия сил Собирателя Душ. Гальтром же развернулся и зашагал в обратном направлении. Балигор, как и прежде шёл рядом. По крайне мере пока губернатор в его лагере, он должен его сопровождать.

– Среди его духов много демонов и представителей трёх рас. Это не случайность. Я не успел ничего узнать о новом Воине Госпожи, прежде чем бросить его в бой. Не просветишь меня, Балигор?

– Госпожа испытала Элима на Анатрее, - начал говорить Балигор, - после этого они вернулись на захваченную Альянсом – объединением людей, кратонцев и докресианцев – планету. Она дала им испытание наградой за прохождение которого была бы автономия. Испытанием было защитить планету от вторжения Тёмного Легиона.

– Вот откуда такое распределение. Альянс прошёл испытание?

– Да, - ответил Балигор вспоминая картину охваченной битвой планеты, - Альянс отстоял планету.

– Значит рядом с Тёмным Легионом и Альянсом Света появилась новая провинция, - Гальтром улыбнулся, - кажется я знаю куда полечу после того как закончу всё здесь. А Вернер и прочие? Элим спас души своих друзей?

– Не друзей, - поправил бога Балигор, - он спас души всех.

Гальтром остановился.

– И она позволила?

Старый бог уже долго служил Императрице и знал её характер. Позволить такому случиться было не в её духе. Губы Балигора в это время сложились в улыбку от которой проняло даже Гальтрома. Вокруг них появился барьер – гарант того, что слова командира дредноута услышат лишь они двое.

– Он не позволил ей ничего сделать.

– У неё наверное было самое хорошее настроение за последнюю эпоху.

Теперь Балигор улыбнулся искренне, не скрывая за улыбкой испытанного в прошлом ужаса.