— И посмотри, что они с ним сделали, — пробормотал Том.

— Но ты начнешь с детей, и чудеса произойдут, верь мне, пожалуйста. Если таким образом мы сможем достучаться и до остальных, тогда именно это и произойдет.

— Ты говорила об этом с твоими... э... Великими Магами?

— Это они говорили со мной.

Том задумался. Он посмотрел в сторону, потом на нее, потом отвел взгляд. Нет, невозможно. Он станет посмешищем. Он размышлял: «Я всего лишь человек. И все-таки... и все-таки... если бы дети стали излечиваться от смертельных болезней...»

— Может быть... — наконец сказал он. — Может быть, с твоей помощью...

— Это невозможно, Том.

Она опустила голову, и он внезапно ощутил, что в нем зарождается страх.

— Дженнет?

— Я должна кое-что рассказать тебе, — спокойно произнесла она, и Том ощутил, что его сердце забилось быстрее.

Он не хотел слышать. Печальное выражение ее лица, ее голос... Он на самом деле не хотел этого слышать!

— Я должна вернуться, Том, — просто сказала она.

— Вернуться? Вернуться к ундинам? Почему? Я думал... — Он был охвачен паникой.

— Ш-ш-ш. Я должна вернуться за тобой. Я должна вернуться, чтобы спасти тебя.

Он потряс головой.

— Я не понимаю...

— Бедный Том, тебе пришлось так много узнать. Я должна вернуться к моменту твоей автомобильной катастрофы. Ты помнишь яркий свет?

— Да, но...

— Пора этому произойти.

— Чему произойти? Я жив, Дженнет, со мной все в порядке.

— Потому что я вернулась, чтобы изменить заклятие, наложенное Нелл. Не сделай я этого, ты, вероятно, не выжил бы после несчастного случая, не говоря уже об инсульте.

Том вспомнил слепящую вспышку света во время аварии и замолк. Он мог только смотреть на нее.

— Чтобы это сделать, мне нужна твоя помощь.

— Но я не хочу, чтобы ты уходила.

— Пожалуйста, постарайся понять. Это уже сделано. Никто из нас ничего больше не может изменить.

— Я не понимаю.

— Потому что не стараешься. Если бы я не вернулась спасти тебя, ты бы сейчас не говорил здесь со мной.

— Это не имеет никакого смысла.

— Имеет, если хорошенько подумать. Мы зря теряем время, потому что это все равно произойдет. Но мне нужны все мои силы и могущество всех ундин. Ты тоже можешь помочь, чтобы все получилось. Помнишь, я рассказывала тебе, какие силы может пробудить акт любви? Я говорила, что это самая мощная магия.

Он понимал, о чем она говорит. Девушка начала стягивать с его плеч расстегнутую рубашку.

— Дженнет...

— Не надо больше слов, Том.

— Только один, последний, вопрос — разреши мне его.

Она кивнула, но опять начала плакать.

— Что случится потом? Ты вернешься обратно, как будто ты никогда не уходила?

— Я должна буду отправиться туда, Где Ждут.

Он схватил ее запястье:

— Что ты сказала?

— Я должна оставить тебя на семь лет.

— Нет! Нет, не может быть! Я не могу допустить этого!

— У нас нет выбора Это та цена, которую я должна заплатить за использование сильной магии.

— Я не отпущу тебя!

— Я уже сделала это. Но послушай меня, Том, и услышь то, что я говорю. Через семь лет я вернусь к тебе. Я стану, как Бетан, по большей части человеком. И пока ты жив, я им останусь.

— Но место, где ждут, — где это?

— Ты не помнишь? Я тебе однажды показывала.

— Видение. Созвездия, огромные облака. Духи. Я думал, это начало чего-то нового.

— Для большинства это и есть начало пути. Для других это измерение, которое люди называют Чистилищем. Некоторые возвращаются оттуда в этот мир, но только те, кому предназначено что-то совершить здесь или у кого осталось нечто незавершенное.

Том с недоверием смотрел на девушку, но в глубине души знал, что она говорит только правду.

— Помнишь лиса, которого мы встретили здесь? Того, которого я назвала Румбо? — спросила она, и Том кивнул. — Я тебе говорила, что когда-то он был человеком, затем вернулся в обличье пса, затем — белки. Теперь он лис.

— Ты хочешь сказать, что люди проходят через реинкарнацию?

— Нет, не все. Только в особых случаях, когда это необходимо для их роста и познания. Большинство из вас — и из нас — уходят наверх, как только обретают на земле все положенные им знания. Некоторые уходят немедленно, но для большинства назначено Время Ожидания, которое в конце концов приводит к состоянию, близкому к совершенству. Состоянию благодати, как говорят некоторые ваши религии.