Время перестало иметь значение, на взятых скоростях становилось совершенно не ясно, сколько прошло: час, секунда или неделя. Периодически местность менялась: вместо руин появлялись новые помещения подземных заводов и фабрик, лабораторий и клонических ферм. Впрочем, очень быстро они превращались всё в те же руины. Думаю, наша битва по своему «побочному ущербу» уже переросла бомбардировки городов и вплотную подошла к отметке «орбитальный обстрел планеты», хотя… кто знает. Довольно сложно определить точно, когда тобой в очередной раз проламывают очередную стену, и пусть это не причиняет боли и ущерба, но напряжение и ярость напрочь выметают из головы всё, что не касается боя. Всё, что не имеет отношения к способам убийства…

Это же время. Новый Генезис.

— Прости за вторжение, Верховный Отец, — Орион бегом ворвался в цветущий зеленью парк и, найдя взглядом высокую фигуру совершенно седого, но всё ещё могучего мужчины, направился к нему. — Я могу переговорить с тобой?

— Конечно, — называемый Верховным Отцом прервал медитацию, оборачиваясь к гостю.

— На Апоколипсе произошёл выброс геотермальной энергии опасного уровня, — быстро начал говорить беглый сын Дарксайда, демонстрируя голограмму с данными. — Если кризис доберётся до ядра планеты, оно взорвётся, убив миллиарды и разрушив гравитационный баланс системы. Пусть они наши противники, но это прямая угроза Новому Генезису. Нужно отправиться туда и выяснить, что происходит!

— Нет необходимости, — на мгновение смежив веки, вздохнул правитель второй фракции новых богов. — Я как раз говорил с Источником и знаю, что происходит на Апоколипсе. Дарксайд вступил в смертельную битву с Суперменом и кем-то ещё, — пышная грива белых, как снег, волос Верховного Отца качнулась под одиноким порывом ветра, когда он вновь прикрыл глаза, пытаясь расслышать или рассмотреть что-то недоступное простым смертным. — Этот второй, он…

— Он? — переспросил Орион, когда пауза затянулась.

— Я не могу понять, — вышел из оцепенения правитель Нового Генезиса. — Источник не видит его. Даже сейчас, во время боя, в свете ярости Дарксайда и Супермена, его образ расплывается, исчезает, словно птица на фоне ночного неба.

— Но как это возможно? — поражённо замер сын хозяина Апоколипса.

— Не знаю, — мрачно отозвался Верховный Отец, — но это неважно. Мы не можем позволить их сражению угрожать Новому Генезису и его жителям…

***

В какой-то момент уже ставшие привычными руины сменились руинами пылающими. Очередное попадание лучей или энергии Кольца пришлось в один из титанических реакторов, питающих промышленность планеты, и тот детонировал. На миг всё окружающее пространство утонуло в огне. Горел воздух, горела земля под ногами. Если кто умудрился выживать до этого, то сейчас и он опадал невесомым прахом, сгорев в этой огненной буре. И только мы втроём, купаясь в языках испепеляющего пламени, продолжали пытаться убить друг друга, раз за разом нанося раскалывающие горы удары, выжигая целые поля. Армии Апоколипса, состоящие по большей части из парадемонов, порой пытались вмешаться, но даже тяжёлые танки не могли не то что нанести хоть какой-либо ущерб, но даже просто добраться до места битвы — огонь и рождаемый чудовищными ударами ветер просто вырывали куски земли и уносили их прочь, зачастую вместе с техникой и войсками, что на них находились. А там, где не справлялся ветер, своё слово говорил огонь, уже вполне сопоставимой с жаром короны звезды. Всё это отмечалось лишь краем сознания, мимолётно, в перерывах между попытками стереть из мироздания ненавистную тварь. И… минуты, а может, и вечность спустя, настал момент, когда Дарксайд больше не мог встать.

— Я… Дарксайд… Великий Дарксайд… — капая вязкой кровью с разбитого подбородка, хрипел гигант, впиваясь пальцами целой руки в груду щебня, некогда бывшую величественными стенами.

— Уже нет, — сияющий луч материализованного Страха, смешанный с моей божественной силой и магической энергией, пробил его плечо, окончательно пригвоздив к земле.

— Неужели… всё? — вставший рядом Кларк с почти детским недоверием смотрел на поверженного врага.

— Нет… ещё нет, — усилие мысли — и жёлтый свет разворачивается вокруг нас, выравнивая и очищая площадку, — даже убей мы его, это лишь причинит ему некоторые неудобства, пусть и весьма существенные.

— Что ты имеешь в виду?

— Бог — это не просто красивый титул и дань самомнению, — сила кольца начала наносить на землю один весьма специфический узор. — Новые, как, впрочем, и Старые Боги — не только материальные формы жизни, но и энергетические. Грубо говоря, каждый из нас существует более чем в трёх измерениях, владея, своего рода, собственным микромиром-вселенной за гранью привычной реальности. Эти микромиры не имеют размера и прочих свойств обычного пространства, по большому счёту, являясь духовным аналогом метагенов, встречающихся у жителей Земли, но важно то, что даже самый слабый из нас способен проецировать микромерные эффекты личных пузырей-вселенных на внешний макромир. Именно это и лежит в основе всех наших способностей… Чаще всего.

— Послушать тебя — бывает и иначе, — нахмурился Кал-Эл.

— Не «иначе», — выделяю голосом слово. — «Помимо». В частности, Дарксайд связан ещё и с так называемым Омега-измерением, из которого черпает силы, как ты от жёлтого солнца. Как бы то ни было, если просто лишить его физической оболочки, то рано или поздно он создаст себе новую. С мощностями и технологиями Апоколипса — скорее рано, чем поздно.

— И что делать?

— Вы нич… кхе… ничего не смо… жете поделать. Я вернусь… и сотру саму память о Зем… ле… со страниц истории Галак…кх…тики, — прохрипел потихоньку приходящий в себя Юксэс.

— Бога тоже можно убить, только средства для этого требуются несколько иные. Будь добр, подними его… — Супермен безропотно приподнял Дарксайда, а я завершил построение магического круга. Безусловно, убить нашего врага можно было бы и куда проще, но так — куда выгоднее. Для меня.

— Что дальше?

— Положи его в центр рисунка, — дождавшись, пока Кларк уложит жертву в нужном месте, я начал напитывать остатками своих божественных и магических сил схему и… получать силу самого Дарксайда. Да, я не классический демон, чтобы просто закусить душой поверженного врага, да и с учётом силы самого правителя Апоколипса, совсем не факт, что нахрапом его сожрать получится даже у величайших из потусторонних Владык. Но я всё-таки Бог, да ещё и откровенно Тёмный. И одобряю Жертвоприношения в свою честь.