— Ни в коем случае, — Эмрой прошёл в прихожую, казалось, совершенно не разозлившись на вопрос, несмотря на суть ответа. — Если я хоть что-то отвечу, это будет знаком, что я принимаю правила их игры, беру на себя какие-то обязательства и вообще поддаюсь давлению общественного мнения. А это мало того, что в корне неверно, так ещё и опасно в первую очередь для самих землян.

— Ты думаешь, нас попытаются использовать в политических играх? — всё же соображала мисс Гордон неплохо, даже в экстремальных ситуациях.

— Нас уже пытаются использовать, — пожал плечами парень.

— Кто там, Барбара? — донёсся из гостиной голос комиссара.

— Эм… А… — героиня Готэма на миг запаниковала. — А это мой друг!

Не успело прозвучать ключевое слово, как приглушённый шум телевизора затих, а вскоре Джим Гордон был уже в прихожей, пристально рассматривая гостя.

— Здравствуйте, комиссар.

— Добрый день, молодой человек, — Джим окинул куртку и штаны визитёра суровым взглядом следователя, заставшего мелкого воришку за попыткой умыкнуть коллекционную работу Рембрандта прямо из музея во время выставки. — Мы встречались?

— Нет, но Барбара много рассказывала о вас, — ничуть не смущаясь, спокойно ответил гость.

— В самом деле? А вот я о вас слышу впервые…

— Ну, — тут в беседу включилась дочь бравого комиссара, — я… пару раз хотела пригласить Эрика к нам на ужин, но со всеми этими происшествиями…

— Понятно, — взгляд сурового родителя чуть смягчился, теперь там читалось любопытство матёрого следователя, что только наблюдает за планами воришки спереть означенную выше картину. — И какая же фамилия у твоего друга?

— Лэншер. Эрик Лэншер, — с готовностью подсказал подросток.

— Что-то знакомое…

— У моего дяди есть небольшой заводик на западном побережье, и он получил подряд на восстановление некоторых разрушенных во время вторжения объектов, должно быть, вы имеете в виду его. Меня назвали в его честь, — с вежливой улыбкой пояснил «Эрик», заставляя Барбару нутром ощутить какой-то подвох.

На самом деле уже то, что Бог с другой планеты может вот так запросто явиться к ней домой, само по себе наводило на ряд очень интересных мыслей, но то, как он изображал простого человека и чуть ли не её… парня… Бэтгёрл отчётливо стало не хватать воздуха.

— Вот как… — Гордон в очередной раз оглядел гостя, и девушка почувствовала, что надо срочно спасать положение.

— Не будем тебе мешать, пап, мы с Эриком посидим у меня, — схватив Эмроя под локоть, Барбара настойчиво потянула его дальше по коридору, кожей ощущая тяжёлый взгляд отца, сверлящий её затылок. На счастье, Джим Гордон решил не накалять обстановку, и пусть девушка уже предвкушала, на сколько вопросов ей придётся отвечать потом, но в этот момент она вздохнула с облегчением.

— Это было трогательно, — первым прокомментировал случившееся гость, когда за ними закрылась дверь.

— Что ты имеешь в виду? — насторожилась дочь комиссара полиции, до сих пор не успевшая унять галопом скачущее сердце.

— Ты так очаровательно боялась, хотя прекрасно знаешь, что ничем плохим эта встреча закончиться не могла.

— Тебе легко говорить! — передёрнула плечами девушка. — Ты хоть представляешь, через что мне придётся пройти после твоего ухода?

— Комиссар захочет узнать, приставал ли я к тебе и насколько давно ты меня знаешь, на что ты честно ответишь, что между нами ничего такого нет и что видимся мы даже не каждый месяц.

— Думаешь? — испытывая странную смесь из облегчения и обиды, прищурилась Барбара.

— Конечно, — Эмрой прошёлся взглядом по комнате, задержав его на окне. — На худой конец, можешь и правду сказать, хуже от этого не будет.

— Не думаю, что это хорошая идея! — поспешила возразить Бэтгёрл. Возможно, даже слишком эмоционально поспешила.

— Как знаешь, — пожал плечами гость, возвращая взгляд к ней. Тут его карие глаза сверкнули какой-то смешинкой, а губы растянулись в улыбке. — Итак, ты затащила молодого парня в свою опочивальню… Что дальше?

— Эм… — удар был ниже пояса! — Эрик… ты… ты… тебе так нравится вгонять меня в краску?! — Барбара не знала, куда деваться. Этот тип над ней явно издевался, но почему-то сердиться совсем не получалось, да и вот эта чуть насмешливая улыбка на его губах и хитрый прищур… Ну не могла она на него сердиться, чем этот гад и пользовался, развлекаясь за её счёт!

— Ты просто очаровательно реагируешь, и я ничего не могу с собой поделать, да и не хочу, — он вновь обезоруживающе улыбнулся.

— То есть ты повеселиться сюда пришёл, так, что ли? — нахохлилась девушка, ощущая подкатывающую обиду. Ещё слабую, но чувствовать себя клоуном на манеже ей совсем не нравилось.