— И что же теперь, бросить его там? — возмутилась Василиса.

Ого, а девочка-то к нему неровно дышит. Интересно, Иван в курсе? Лично меня бойфренд-Корректор у дочери не обрадовал бы. Специфические они ребята. Хорошо, что Машка моя ещё маленькая.

— И как обычно поступают, если Корректор пропал? — спросил я у Насти.

— Чаще никак. Как вы правильно сказали — это опасная работа. Но иногда это становится испытанием для другого корректора. Если он вызовется.

— Ты, надо полагать, вызвалась?

— Он друг Василисы. Я должна. Ректор не возражает. Готов зачесть это мне как первое испытание.

— Но ты же ещё очень неопытный Корректор…

— Именно так и становятся опытными.

— То есть, не учить плавать, а бросить в воду, авось выплывет — это обычная практика Школы?

— Да. Невозможно научить быть Корректором, — она подняла очки и глянула на меня своими синими гляделками. — Корректорами становятся не за партой.

— Не удивительно, что вас так мало… — покачал головой я. — От меня-то вы что хотите, барышни?

— Надо спасти Даньку, — экспрессивно сказала Василиса. — Но нам нужна ваша помощь…

— Так, стоп. Для начала, у каждой из вас есть свой отец…

— Мой папа прикуёт меня цепью к кровати и УИн отберёт! — пожаловалась Василиса. — Если я только заикнусь об этом…

— Я целиком на его стороне в этом вопросе.

— Ну, Дядзелёный! Так нельзя же!

— А ты что скажешь, Настя?

— Мой… приёмный отец — очень хороший человек. Но… Он слишком… мягкий, пожалуй. Им командует Ольга, им командуют жёны, им бы даже Енька командовало, если бы догадалось. Хотя, может, и догадалось — не сам же он придумал это домой притащить. Вы когда-то правильно мне всё объяснили про манипуляции, и я больше не хочу быть среди тех, кто им манипулирует для своей пользы.

— Поэтому решила поманипулировать мной? — рассмеялся я.

— Вы шутите, — не поддалась она, — я знаю, что вами не получится. Корректоры часто ходят с напарниками, но у меня такого нет. Если вы откажетесь, я просто пойду одна.

— Эй, а как же я? — возмутилась Василиса, но Настя её проигнорировала. Уставилась на меня синими глазищами и ждёт.

— Это надолго? — спросил я, наконец.

— За полдня доберёмся, если…

— Если что?

— У вас же есть УАЗик? Просто отвезите меня туда, я дальше сама справлюсь.

— Василиса остаётся тут, — сразу поставил условие я.

— Почему?!! — возмутилась девочка.

— Потому что твой папа открутит мне башку, и будет прав. Я бы за Машку открутил. Со своей стороны обещаю, что постараюсь вытащить твоего молодого человека.

Василиса надулась, но спорить не стала. Поняла, что бесполезно.

— Ладно, Настя, прокатимся. Всё равно сидим, Артёма дожидаемся. И где его черти носят?

— И куда нас черти несут? — сказал я сам себе.

Мысленно сказал, потому что, если открыть рот, то замучаешься пыль выплёвывать. Связь работает в одну сторону — на моей голове старый танковый шлемофон с наушниками, и мной можно командовать из кабины. Моё же мнение о происходящем никого не интересует.

Автомобиль Аннушки оказался старым седаном, у которого срезали заднюю часть крыши, превратив в пикап. Впереди осталось два места, включая водительское, сзади разместились бочка с топливом, пулемётный вертлюг и я.

— Я курьер, а не маршрутка, — отрезала Аннушка. — Кому не нравится — идёт пешком.

В общем, я еду на насесте пулемётчика, тщетно пытаясь укрыться за небольшим щитком от злого встречного ветра. Ловлю лбом неосторожных насекомых, глотаю пыль. Повязанная на ковбойский манер бандана и очки-консервы спасают не сильно.

— С пулемётом дело имел? — пренебрежительно спросила Аннушка.

— Бывало, — ответил я солидно, не поясняя, что всего дважды и без большого успеха.

На вертлюге ПКМ с кустарным щитком, разобраться с ним не сложно. Куда сложнее будет в случае чего из него попасть, потому что адский аппарат Ольгиной подружки летит, как в жопу укушенный, и я держусь за пулемёт, чтобы не вылететь на очередной кочке.

Чёрный седан установлен на большие не по росту колёса, оснащён устрашающе шипастым бампером, защитными решётками на фарах и радиаторе, из дырки посередине капота торчит раструб турбонагнетателя. Глушителя нет, выхлопные трубы попарно выведены вверх с боков — как раз там, где я и сижу. Хорошо, что выхлоп сдувает встречным ветром. Плохо, что под ногами у меня двухсотлитровая бочка с бензином, шланги от которой незамысловато идут к мотору прямо по борту, снаружи. Боковых стекол в кабине нет, но Ольгу и Аннушку хотя бы лобовик защищает.