— Так вот оно что?! Вот почему Того полез! Атака миноносцев через интервалы! Твою мать…

Небогатов не сдержался и выругался от всей широты русской души. Теперь все непонятности получили полное объяснение — через интервалы между вражескими кораблями линии выскакивали, как чертики из коробки, маленькие миноносцы, и направлялись в решительную атаку на русские броненосцы — от «Орла» да идущего концевым «Сисоя».

— Подставляй винты, подставляй!

Небогатов не сдержался и заорал во все горло, будто Фелькерзам его мог услышать. В свою очередь стоявший рядом с ним Игнациус, совершенно спокойный, громко приказывал. Он в который раз проявлял столь необходимую для сражений инициативу:

— Стрелять всем орудиям по вражеским миноносцам, ставить заградительный огонь, не давать выйти в атаку! Башням тоже стрелять! Своих нужно выручать, вести беглый огонь!

Однако и Фелькерзам отреагировал мгновенно — «Наварин» отвернул от противника в туман, тот же маневр стали проделывать «Нахимов» и «Сисой». А вот «Император Николай» словно не понял маневра, наоборот, броненосец неожиданно понесло влево, прямо на вражескую эскадру, словно он собрался таранить своим форштевнем «Идзумо». И вражеские миноносцы тут же набросились на русский корабль, выпуская торпеды…

Гибель броненосца "Император Николай I" в Цусимском бою 14 мая 1905 года (АИ)

Торпедная атака миноносцев в Цусимском бою 14 мая 1905 года

— Три румба влево! Нет, что вытворяют, макаки!

Командир броненосца береговой обороны капитан 1 ранга Миклуха выдал «загиб» в духе шаутбенахта Петра Михайлова, что являлся русским царем, который стал первым императором. Владимир Николаевич вообще-то не ругался, причем вот так громко и в голос, но тут просто нервы не выдержали, слишком неожиданной и спонтанной вышла развязка сражения. Причем в тот момент, когда все уже посчитали, что боя не будет — день заканчивался, вечерело, и майское солнце уходило в закат, окрашивая западную часть небосвода в багровые тона.

Броненосец содрогнулся от залпа — в бинокль были хорошо видны четыре всплеска, что легли у борта концевого во вражеской колонне «Ивате». Неприятельский крейсер гораздо точнее — «Ушаков» содрогнулся всем корпусом, по броневой стали рубки отстучали осколки, все же для небольшого по водоизмещению корабля даже восьмидюймовые снаряды смертельно опасны, а тут удар на себя приняла прочная броня.

— Что делают, мерзавцы?! Что вытворяют?!

Миклуха пристально смотрел за атакой вражеских миноносцев, что начали выпускать торпеды с десяти кабельтовых. Причем главной целью был выкатившийся из строя «Император Николай», непонятно почему решивший в одиночку направится прямо на неприятеля — броненосец был встречен японскими кораблями шквалом огня, и прямо на глазах превратился в полыхающий костер.

Что там произошло, было совершенно непонятно — или то сознательное решение командира, или ошибка, либо, скорее, просто заклинило руль, и корабль сам выкатился из строя, повторив злосчастную судьбу «Рюрика» в бою у Ульсана. Но, так или иначе, у борта броненосца прогремел взрыв и в небо взметнулся высокий фонтан воды и дыма. И тут же в броненосец попала еще одна торпеда — в рубке «Ушакова» раздались стоны, выкрики и ругань. Корабль оседал прямо на глазах, погружался в море стремительно, крен быстро нарастал, и всем стало ясно — через несколько минут «Император Николай» уйдет на дно. Было видно, как матросы прыгают в воду, пытаясь спастись, и старались отплыть от гибнущего корабля.

А бой шел своим чередом — «Наварин», «Нахимов» и «Сисой», спасаясь от вражеских торпед, уже скрылись в тумане, лишь «Орел» почему-то не предпринял спасительного для него маневра, а встретил атакующие миноносцы беглым огнем.

— Храбрецы, — пробормотал Миклуха, видя, как навстречу японским миноносцам выскочили из-за «Бородино» и «Орла» три русских «дестройера». Однако японские броненосные крейсера встретили их шквальным огнем — море между противоборствующими колоннами буквально кипело от взрывов и всплесков. Казалось, что эскадры именно на этом участке сосредоточили огонь всех корабельных орудий.

Два миноносца успели развернуться и бросились обратно — их командиры осознали самоубийственность атаки, ведь японские корабли не подпустили бы их на 5-7 кабельтовых, той самой дистанции, когда можно было рассчитывать на успешное попадание. Ведь с большего расстояния выпущенные торпеды, имеющие небольшую дальность хода, просто бы не дошли до цели. А вот третий «дестройер» не сошел с курса, и пытался проскочить дальше, завязав встречный бой с вражескими миноносцами.

— Твою мать…

— Да что же вы так?!

— Напрасно…

Стон прошел по рубке, никто из моряков не сдерживал горестных эмоций — еще несколько секунд тому назад они видели идущий в атаку миноносец с развевающимся на корме Андреевским флагом, а теперь только морские волны, да плавающие по ним обломки. Страшный взрыв, или двенадцатидюймового снаряда, но скорее попадания торпеды разломил небольшой кораблик на части, которые тут же скрылись под волнами. Но его гибель оказалась не напрасной — атакующие японские миноносцы стали разворачиваться, и устремились обратно.