Шейли улыбнулась, ее глаза лукаво блеснули.

— Мне здесь так хорошо, что пока я не хочу никуда отсюда уезжать.

— Мы остаемся, Гаррет, — подчеркнуто медленно произнес Джонатан.

Гаррет весело кивнул, устремившись к дому.

— Ты понимаешь? — неожиданно резко спросил он Сару.

— Что? — Она настороженно взглянула на него.

Он тяжело вздохнул.

— Все они знают, чем мы собираемся заняться.

Это смахивало на заголовок в местной газете, но она понимала комичность ситуации, и если он тоже это понимал, то ему проще будет пережить остроту момента.

— Ты думаешь, они понимают это? — спросила она.

— Я уверен, они рады этой ситуации!

— Тогда почему бы нам этим не заняться? — Она дотронулась пальцем до его влажной груди. Он немного расслабился и грустно улыбнулся.

— Да, почему, черт побери, нам этим не заняться? — Он улыбнулся веселее и рывком распахнул дверь в ее спальню. — Начнем прямо здесь.

Он склонился к ее губам, она ответила жарким поцелуем. Они оказались на полу, их тела тесно сплелись.

Гаррет неожиданно отпрянул от нее, почувствовав, как она вздрогнула от прикосновения его сырой одежды.

— Для начала, думаю, нам не помешает горячий душ. — Он смотрел на нее, снимая рубашку. — Я не хочу, чтобы ты заболела ангиной!

Она скривила губы, не торопясь раздеваться, чтобы он не смог увидеть ее наготу в свете дня.

— Ты вся дрожишь. Она вздрогнула.

— Могу ли я… сначала принять ванну? Он вопросительно посмотрел на нее.

— Сара, ты стесняешься меня?

Она сердито взглянула на него, но, увидев его ласковые глаза, тут же успокоилась. —Да.

— Если ты хочешь, то мы не будем сейчас…

— О, не в этом дело! — Она не ожидала от себя такой бурной реакции. — Я бы только… я бы хотела принять душ.

— Ты когда-нибудь принимала ванну вместе со своим мужем? — осторожно спросил он.

— Нет, — резко ответила она, желая забыть свою стеснительность и наготу. Это было бы лучше, чем отвечать на все эти вопросы.

Гаррет улыбнулся.

— Тогда иди в ванну, — сказал он. — А я, пока ты моешься, пойду в свою комнату и переоденусь.

Ей нужно было время, чтобы настроить себя: она понимала, что не сможет быть с ним в его спальне, на кровати, где он спал с Амандой.

— Гаррет, — она остановила его у дверей. — Почему только сейчас ты спросил меня о Дэвиде? — Она нахмурилась.

— Потому что я хотел, чтобы все было так, как было у тебя с ним. Чтобы ты не отказывалась от того, к чему привыкла, — резко ответил он.

Она согласно кивнула головой перед тем, как войти в ванну. Как мало общего было у них с Дэвидом. Да, их объединяла общая работа, они были даже влюблены друг в друга, но это так отличалось от тех чувств, которые она уже сейчас питала к Гаррету.

Сара стояла под горячим душем, согревающим тело, и думала, как сказать человеку, который уже почти стал ее любовником, о том, что муж за полгода их совместной жизни так и не овладел ею. И чем больше она думала об этом, тем больше волновал ее вопрос, сможет ли она все повернуть вспять и отказать Гаррету. Но тогда придется расстаться с ним, как и с Дэвидом. Хотя Гаррет ни к чему ее не принуждал, он будет настаивать на объяснениях.

Приняв душ и вытершись полотенцем, надевая пеньюар, она почувствовала себя испуганной невестой, как шесть лет назад!

Сделав над собой усилие, Сара вышла из ванной. Гаррет уже ждал ее в спальне, одетый только в халат. Она заметно нервничала и дрожала, когда он подошел и обнял ее. Она холодно отреагировала нa его поцелуй, не отвечая взаимностью. Ее реакция привела его в замешательство, он не чувствовал ответа, как это было прошлой ночью.

— Он делал тебе больно? — нежно спросил он.

— Кто?

— Дэвид.

— Нет. — Она постаралась на глядеть ему в глаза. — Ты принял душ? А то заболеешь пневмонией.

— Да, у себя в ванной, — ответил он, глядя на нее в упор. — Сара, мне кажется, что ты боишься!

— Я… — Она облизнула пересохшие губы.

— Я не собираюсь делать того, что тебе HI нравится, — убедительно сказал он. — Я никогд; не сделаю того, что обидит тебя.

Она закрыла глаза, тяжело сглотнув:

— Ты сделаешь мне больно.

— Нет. — Он протестующе затряс головой. —Каким же человеком был твой муж, что внушил тебе такой страх!

Ее глаза все еще были закрыты.

— Он был хорошим милым человеком. — Она снова облизнула губы. — Но он не подходил мне как мужчина.