Да, он прав. Стоит лучше побеспокоиться о себе.

— Держись рядом, — сказав, мужчина двинулся вперед. — Натяни поводья, Эмма.

— Да, — отозвалась. — Я пытаюсь.

Да только выходило скверно.

— Дюранго умён, — ободрял мужчина, но от его слов мой страх никуда не уходил. — Смелее. Нежность с ним ни к чему.

— Да уж, — произнесла, прикусив губу, желая как раз именно её, а не вот эту вот пытку.

Не так я себе представляла нашу прогулку, и стало немного грустно.

— Остановись, — сказал Ричард, спешиваясь на землю.

Обошёл своего жеребца и приблизился ко мне.

— Иди сюда, — протянул руки и ссадил меня с Дюранго.

— Думаю, тебе будет комфортнее ехать со мной, — улыбнулся, заправляя непослушную прядь мне за ушко.

— А Дюранго? — спросила его, обрадовавшись его внезапному решению.

— Он будет следовать за нами, не переживай, — ответил бархатным голосом, обволакивая мой разум.

Через минуту я находилась верхом на Дакаре, но в объятиях Ричарда.

Он крепко прижимал меня к себе. Касался ладонью моего бедра, тёрся щекой о висок, а я испытывала невероятное удовольствие от его близости. Он вел себя не холодно и отстраненно, как я того боялась, а напротив, не упускал любую возможность чтобы показать свое ко мне влечение.

Покинув территорию поместья, мы отправились в сторону реки. Погода была невероятной, сказочной. Светило яркое солнце, по-летнему тёплый ветерок, который дул нам навстречу, лаская наши улыбающиеся лица. Казалось, что лучше и не могла представить момента, но Ричарду удалось сделать нашу прогулку ещё прекраснее. Едва мы добрались до реки, как я тут же заметила полянку, на которой лежало белоснежное покрывало, а на нём находились всевозможные яства.

— С ума сойти, — выдохнула я в полном восторге.

И когда он успел всё это подготовить?

— Ты не завтракала, — утвердительно сказал мужчина, обхватив за талию, помогая мне спешится. — Подумал, тебе понравится…

— Нравится! — воскликнула я, восхищаясь его заботой. — Очень. Спасибо.

Хотелось его обнять. Целовать до безумия, но решила сдерживать свои порывы и не выглядеть перед ним инфантильной, импульсивной дурочкой.

Желания были сильны, но разумом я всё же понимала, что эта сказка рано или поздно закончится. Я уйду. Пробуду в его доме совсем недолго, и каждый из нас продолжит жить своей жизнью, не вспоминая друг друга.

Привязав лошадей к стволам деревьев, Ричард вернулся ко мне. Расположившись на покрывале, под непринужденную беседу, мы стали поглощать невероятно аппетитный завтрак.

Между нами была удивительная лёгкость. Меня ничто не тревожило. Обволакивало спокойствие, будто мы знали друг друга долгое время.

— Расскажи мне о себе, — решившись на дерзость, спросила его. — Прости… — осеклась, заметив, как помрачнело его лицо. — Можешь ничего не говорить, я не должна была спрашивать.

— В твоём вопросе нет ничего ужасного, — спустя несколько секунд ответил он мне. — Просто нет ничего такого, что было бы тебе интересно.

Здесь он был абсолютно не прав. Как раз-таки всё, что связано с ним, меня безумно интересовало.

— Не соглашусь. Разве возможно, чтобы кого-то не привлекала жизнь одного из Фостеров? — засмеялась я, рассеивая между нами напряжённую атмосферу.

— Что бы ты хотела узнать? — улыбнулся мне в ответ Ричард. — Постараюсь удовлетворить твоё любопытство.

Я обрадовалась тому, что он не стал увиливать, а согласился поведать мне о своём прошлом. А ещё очень импонировало то, что человеком, которому он решил приоткрыть завесу тайны, была именно я. Вряд ли найдётся много людей, кому вообще было позволено знать о Фостерах больше, чем они допускали.

— Как получилось, что тебя разлучили с родным братом? — задала ему давно мучивший меня вопрос.

В общих чертах я уже всё знала, но хотелось услышать это от него. Взглянуть на всё его глазами.

Мужчина снова помрачнел и погрузился в собственные мысли. Долго обдумывал свой ответ, и когда я уже думала, что его не получу, он заговорил:

— Нам было по два года, когда мать сбежала. Я едва помнил Генриха. Короткие вспышки в памяти. Какие-то моменты. Обрывки…Отец всем запрещал говорить о них, но… я всегда помнил, что у меня был брат.

— Ты пытался его найти? Встретиться и поговорить…

— Когда был в юном возрасте, очень этого желал и даже пару раз порывался сбежать от отца, чтобы отыскать мать и брата. Потом появился Дэвид, и я на какое-то время позабыл о своей бредовой затее, — печально улыбнулся далёким воспоминаниям.

Слушая его рассказ, я удерживала себя в молчании. С каждым словом проникала в его боль от потери родных. Сопереживала тому маленькому мальчику, который желал тепла и любви своей матери.

— Почему отец запрещал говорить о них? Это так ужасно…