Как бы не было жалко маленького Андрея — не смогла перестать смеяться пуще прежнего. Я уже молчу о его рассказе о том, как он постоянно доставал этот вазелин, и как удивлялись родители, что это средство постоянно куда-то испарялось с аптечки. Ну, тому, что они не замечали запаха вазелина от своего ребёнка — не удивлена. По его словам, он был предоставлен сам себе: родители постоянно работали.

— Ох, нелёгкая у тебя жизнь: один раз осёкся, а теперь всю жизнь напоминают, — угомонившись, проговариваю я, конечно же, не упоминая то, что эта «осечка» продолжалась целых три месяца.

— Он не поэтому Вазелин, — ухмыльнувшись, заявляет Ян, оглядывая Андрея, что снова начинает кидать молнии одним только взглядом.

— А почему тогда? — вопросительно смотрю на него, но получаю в ответ лишь тишину.

Продолжение истории удается узнать только от Тика, которого накрывает новой волной смеха.

— В школе у нас было что-то вроде урока полового воспитания, или как там его называют… Урок был предназначен для девятого, десятого и одиннадцатого класса. Таким образом в класс, невообразимо как, влезло пятьдесят человек, — пытаясь перебороть свои эмоции, начинает он. — Нам читали лекцию. Вдруг преподаватель спросил: «Вы знаете, что такое виагра?». Тишина. «Виагра — это средство для улучшения потенции. Вы знаете, что такое потенция?». Тишина. Кроме этого, преподаватель объяснил, что все сидящие в кабинете готовы к деторождению. В конце урока учитель подошёл к Андрею, который был отвлечён и играл в телефон, и спросил у него о том, что он запомнил. Тут-то Андрей и выдал: «За этот урок я понял две вещи: я готов к деторождению и вазелин — средство для улучшения потенции».

Да, видимо, для Андрея это детская травма. В этот раз засмеялись абсолютно все, включая самого «виновника».

— Я никогда не ходил голым по улице, — восторженно проговаривает Андрей.

В этот раз результат подверг меня в шок. За рюмками потянулись Люся, Ян и Тим. Ох, видимо, играть в эту игру в компании друзей, которых знаешь с самого детства — чревато последствиями.

Ну, а когда следом за ребятами к рюмке тянется моя новоявленная знакомая — Кристина, — я вообще выпадаю в осадок.

— Мы, как бы, просто проспорили Вазелину, и пришлось бежать стометровку, а тебя-то, как угораздило? — сдерживая смешок, спрашивает Люся.

— Без комментариев, — с улыбкой отвечает Кристина, «стреляя» глазками в Яна.

Кажется, пташке пора на вылет. Меня выводит открытый флирт с её стороны. И Ян тут вовсе ни при чем. Скорее жаль Тима, и никак иначе.

— Я никогда не каталась на мотоцикле, — заявляет Кристина, едва до неё доходит очередь.

Как и предполагалось, никто не тянется к своей рюмке.

— Ян, а прокатишь меня как-нибудь? — шепчет ему на ухо, но я слышу, потому что сижу совсем близко.

Глаза чуть ли не выпадают с орбит от такой наглости. Тим только минуту назад отошёл в туалет, а она уже перешла в наступление.

— Думаю, тебе лучше об этом Тимура попросить, — спокойно проговаривает Ян, даже не глядя в её сторону.

Кажется, моя жизнь больше никогда не станет прежней. Я-то думала, что он Тимофей… Стыдненько. Ещё подругой называюсь.

— Ну, а если я хочу с тобой? — щебечет Кристина, подвигаясь едва не вплотную.

— Хотеть не вредно, — Ян пожимает плечами и, вставая с дивана, уходит на балкон.

Я, в свою очередь, окидываю её прожигающим взглядом и иду следом за ним.

Ян курит в окно, отчего я невольно морщусь и прикрываю за собой дверь.

От воспоминаний об этом месте по телу постоянно пробирает приятная дрожь, а сейчас тело и вовсе будто заливается пленяющим теплом.

— Почему ты не сказал, что звонил Тим? — первая нарушаю гнетущую тишину.

Он выглядит отстраненным, и даже не смотрит в мою сторону.

— Зачем? — спокойно парирует вопросом на вопрос.

— Ну, я ведь тебя обвинила насчёт Алисы. Мог бы сразу объяснить.

— Лер, мы не в детском саду, и мне далеко не восемнадцать лет, чтобы играть в эти любовные кошки — мышки, — поясняет он, делая очередную затяжку.

— То есть, ты намекаешь на то, что я ребёнок? — недовольно фыркаю, скрещивая руки на груди.

— Почему же? Я, по-моему, открыто говорю, и не в первый раз, — его голос не выдает ни капли сомнения или переживания.

Пытаюсь не подавать виду, что его слова неприятно цепляют.

— Здорово, а пару часов назад заливал мне что-то про отношения, — возмущаюсь, в попытке оборониться.

— Я не удивлён, что ты не так меня поняла, — хмыкает Ян, пока я вопросительно испепеляю его взглядом.

— Я уже говорил тебе, что в любых отношениях главное — доверие. Вся эта параноидальная ревность — мне нафиг не сдалась, — настолько прямо и честно, что невольно вздрагиваю. — Насчёт отношений…Совсем не имел в виду парень-девушка. Я говорил о том, что нас тянет друг к другу. И нет, я не имел в виду, что влюбился в тебя. Сам понять не могу, чем ты так цепляешь и почему, — Ян заканчивает свой монолог.