— Не нужно меня пугать, — хмыкнул наемник, поднимаясь со своего места.

Проводив приятеля взглядом, Грант постоял несколько минут, наслаждаясь долгожданной тишиной, оглядел опустевшую кают-компанию и направился к выходу. Размышляя над недавним разговором.

Были и другие причины продолжения наступления. Но он не стал их озвучивать. Тем более Верес отлично про них знает.

Флот наемников походил на стаю голодной и жадной саранчи. Захватывая систему, они обдирали ее до нитки. Многие графы и бароны веками тратились на роскошь, вместо того чтобы крепить военный флот. С одной только внутренней отделке орбитальной крепости не самого богатого дома выходила неплохая сумма. Драгоценности, предметы искусства, редкое коллекционное оружие времен Терры.

Заняв систему, капитаны наемных отрядов давали людям знатно оттянуться, утолив тягу к насилию и грабежам. Но орбитальные крепости, как самый ценный актив, грабились организованно. А добывающие комплексы и немногочисленные планетарные и орбитальные производства меняли своих хозяев и начинали работать на наемников. Да, они были устаревшими и немногочисленными. Но они были! А систем и Благородных домов в секторе Тартар-2 хватало. Так по крупицам формировалась промышленная база, покрывающая хотя бы часть многочисленных потребностей наемного флота. В основном в различных мелочах, но любая мелочь может повлиять на общую боеспособность.

Ресурсы и предметы роскоши продавались нескольким корпорациям, обосновавшимся в Нейтральных системах, а те перепродавали их в Центральные миры. Война требовала все больше и больше ресурсов. Сколько не предложи — все сметут. Чем Грант и пользовался. А насчет предметов роскоши он справедливо подозревал, что все они уходят все тем же Благородным домам, но из других секторов.

Благостную картину портили несколько факторов.

Первый, флот наемников был слишком большим. Полученных от грабежа и торговли средств не хватало надолго, вынуждая захватывать все новые и новые системы, с их богатствами и ресурсами.

Остановив завоевания сейчас, наемники рано или поздно просто передерутся, пытаясь поделить захваченное. И борьба пойдет не за власть, а за скудную промышленную базу.

Вторым фактором были корпораты. Грант им не доверял. Флот отдельной корпорации в разы проигрывает объединенному флоту наемников. Но альянс нескольких корпораций мог поставить и так неспокойный, истерзанной войной сектор Тартар-2 в любую позу «Камасутры». Даже самую причудливую! К счастью, корпораты все еще были слишком заняты спасением своих активов из Центральных миров, заработками на войне и ритуальной грызней друг с другом. Куда же без нее?

Третий фактор… Может флот под его командованием и похож на стаю саранчи. Но если раньше поток этой саранчи постоянно пополнялся из Нейтральных систем, то в последние полгода этот источник практически иссяк. Корпораты додавили остатки более-менее значимых наемных компаний, пиратов и ЧВК. Все базы захвачены. Часть наемников перебита, кто-то бежал, другие стали цепными псами и сидят у корпоратов на прочной привязи.

Был и четвертый фактор. Возможно, главный. Контроль! Стоило основному флоту отдалиться от захваченных систем, как многие оставшиеся на местах командиры эскадр начинали чувствовать себя излишне вольготно. А приструнить их не хватало сил и времени. Максимум чего смог добиться Грант, так это ротации оставленных в захваченных системах эскадр. Да и это скорее навредило — зная, что рано или поздно их «отдых» закончится, многие совсем теряли голову от жадности.

Дурной пример заразителен. Стоит флоту остановить наступление — он развалится на кучки банд.

Он так погрузился в размышления, что не заметил, как в дальнем конце коридора появился дроид. А если заметил, то просто не придал этому значения. Дроид был стандартной многофункциональной модели. На корабле их сотни. Благодаря сменным модулям, они могли выполнять различные и весьма разнообразные задачи. От банальной уборки, до ремонтных работ. Хотя в этом плане «многофункционалы» проигрывали заточенным именно под эту задачу ремонтным и инженерным вариантам дроидов.

Конкретно этот дроид явно выполнял функцию уборщика. Об этом говорило тихое гудение встроенного в него пылесоса.

— Что за! — ругнулся Грант, когда дройд с силой ткнулся прямо в него. Лодыжку правой ноги едва заметно кольнуло. Острый манипулятор дроида, которым тот собирал крупный мусор, порвал рабочий скаф. — Чертова железка!

Усик камеры на голове дроида недоуменно поднялся вверх, фокусируясь на его лице. На небольшом контрольном экране появился цифровой код ошибки, говоривший о неисправности машины. Дроид отъехал назад, а затем вновь поехал на Гранта, заставив того отступить к стене коридора.

Покрутив камерой, словно пропеллером, дроид исчез в кают-компании.

— Надо сообщить техникам про поломанного дроида, — пробормотал Грант, разглядывая прореху на своей лодыжке. Заостренный, треугольный манипулятор дроида порвал политкань, оставил на коже наемника глубокую, кровоточащую царапину.

— Чертова железяка, — вновь ругнулся он, решив не обращать на саднящую боль внимания. Всего лишь царапина. Это не смертельно.

Он не видел, как миновав кают-компанию, дроид наткнулся на стену. Тихо пискнул сигналом очередной ошибки. Откуда-то из глубины его корпуса посыпались искры, повалил дым. Жадное пламя набросилось на внутренности машины, уничтожая все улики. Когда корабельный искин запустил протоколы пожарной тревоги и к месту действия прибыли новые обслуживающие дроиды с огнетушителями от «уборщика» остался только обгоревший корпус.