Островная? Тут тоже полная неудача. Её можно было считать и частью хребта, и отдельной горой. Расстояние во многих справочниках и учебниках было разным, и толком мне никто так ничего и не смог сказать. Оставалось только упрямо настаивать на своём и ни на шаг не отходить от выбранной стратегии.

Как я и предвидел, пятеро судей решили последовать древнему способу улаживания конфликта и начали с уговоров.

Сначала пригласили нас. Я так и не определился — это потому что мы не такие упрямые как гномы? Или потому что наша позиция слабее?

Кристиан-Август отобрал двух драконов более или менее подходящих на роли участников процесса и к судье мы явились впятером. Нас приветствовала дриада. Я за время, что нам было отведено, успел проштудировать предоставленные мне выписки и уже имел о каждом судье примерное представление.

И дриада была справедливо назначена на роль переговорщика. Она была достаточно мягкой, как и все дриады, но в тоже время и достаточно жёсткой, что бы стать судьёй. Так что, Дриопа Еврит не могла нас ничем удивить.

Так и произошло.

Мы вышли от неё, не получив ни нужных нам сведений, ни ответов на вопросы, и даже так и не поняли, когда же будет принято, хотя бы предварительное, решение нашего вопроса.

Потом к дриаде Дриопе Еврит ходили гномы. И если мы вышли с каменными лицами, и по нашему внешнему виду, как обычно, мало что можно было понять о содержании разговора, то, как мне рассказали, гномы вышли весьма рассерженными. Они ругались, топали ногами и голосили на всю Ратушу. Тилотама была среди них само спокойствие, но слуга в гостинице сказал, что даже она высказала своё возмущение. Плохо. Скверно. Никуда не годится. У них получается всё совершенно наоборот. Вместо того, что бы утихомирить гномов, их распалили еще больше.

Нам дали время на раздумье. Это тоже было предсказуемым. Приспособление, или по-другому — уговоры, должны были перевариться в головах у каждого, что бы следующий этап решения конфликта лёг уже на подготовленную почву.

Я ненадолго снова улетел из города и посетил Академию Магии — мне тут, как ни странно, понравилось. В моё отсутствие тут многое изменилось, и я с огромным удовольствием провёл тут время. Пользы тоже было много. Я готовился к следующему раунду — выяснял привычки и способы торговли современных гномов. Мои знания по этим вопросам безнадёжно устарели.

Я вернулся, получив известие от Кристиан-Августа, что нас готов принять другой судья — гоблин.

Гоблины славились своим умением торговаться. Нет, гномы тоже в этом, порядком, преуспели, но вот гоблины в торгашестве — истинные мастера. Именно поэтому ему и поручили такую сложную часть процесса, как компромисс.

В этот раз судья Мабеф Рюдодьер вызвал к себе первыми гномов. И, как доложили мне мои шпионы в Ратуше, гномы вышли от него не рассерженными или даже гневными, а скорее задумчивыми и сосредоточенными, что, признаюсь, меня порадовало. Вот умеет же раса гоблинов торговаться. Даже один гоблин сумел впечатлить пятерых гномов.

Драконы торговаться не умеют. От слова совсем. И единственное, что нам остаётся — это просто твёрдо стоять на своём. На этот раз я уповал всецело на ещё одного члена нашей команды — Максимилиана. Его отец был у папы министром финансов, или советником по торговле. Что-то такое, одним словом. Вот он-то и должен был всё выслушать и принять меры. То есть, мы были готовы к компромиссу на разумных условиях.

Но, увы. И тут договорится, не получилось. Гномы хотели сами добывать камни и отказывались пускать наших наблюдателей. И ещё они были согласны делиться с нами добытым в размере тридцати процентов. Это было настолько смехотворно, что просто не укладывалось в абсолютно никакие рамки.

Мы озвучили наши условия. Все сто процентов добытого достаются нам. Гномы получают право на выработку, и мы готовы оплатить их услуги по добыче. И даже выделить тридцать процентов из неё. Но только в том случае, если и продавать эти тридцать процентов они будут только драконам. А ещё в горе будут присутствовать постоянные наблюдатели от драконов и контролировать всё добытое.

Гоблин Мабеф Рюдодьер, услышав наши требования и требования гномов, просто развёл руками. Как при таких кардинально противоположных позициях можно торговаться? Да никак. Это все прекрасно понимали. Но на уступки никто идти не хотел.

И снова наступила пауза. Все ждали реакции. Вдруг у кого-то дрогнут нервы, и кто-то согласится на обсуждение разумного компромисса. Но этого не произошло.

Я же откровенно заскучал. У нас не было никакого выхода из создавшегося положения и следовало его как-то найти. Но вот как? — я не имел ни малейшего представления. Решив, что заслужил для себя небольшой праздник, я отправил лакея в соседнюю гостиницу с запиской.

Я приглашал Тилотаму Виристоун на ужин.

*

Я всё это время намеренно не встречался с гноммой. Нужно было сосредоточиться на деле. А она всё же приятно отвлекала и смешила меня. И если бы я, вспомнив её, начал вдруг глупо улыбаться на встрече с гоблином Мабеф Рюдодьер, это бы самым неприятным образом, отразилось на наших переговорах. Так что рисковать я не стал.