В Пионерском поселковом совете очень обрадовались прибывшим посетителям. Владимир Леонтьевич в красках и различных интерпретациях, возбуждённо рассказал о будущей тяжёлой доле, выпавшей на молодых. Он – ещё молодой желторотик – отправляется в чужой край, где будет верой и правдой служить Родине, защищая её границы от всякой нечисти. Она – ещё совсем юная и очень хрупкая девочка – будет ждать его со службы, воспитывая малое дитя. Повествование отца растрогало доброе женское сердце. Она назначила дату регистрации. Но только после праздника Победы. На двенадцатое мая.

Все последующие дни прошли в свадебных заботах.

С женихом всё было ясно. Костюм есть. Туфли есть. Вот с невестой немножко конфуз вышел. Свадьба же раз и навсегда. По этой причине были объезжены все немногие магазины и ателье. Мама обзвонила всех знакомых, которые мало-мальски умели шить женское платье. На ближайшие три дня комната Маринки превратилась в пошивочную мастерскую. На четвёртый день готовое свадебное платье красовалось на плечиках. Все восхищались его красотой.

– Наташка, ты у нас будешь принцессой, – восторгалась Маринка.

– Эх, если бы чуточку побольше времени, так разве ж мы не сделали бы ещё большую красоту, – подхватила мама.

– Мне большей красоты не надо. Для меня это платье самое красивое, – сказала Наташа. – Спасибо.

– А для меня ты самая красивая, – заметил Валерий.

– А по мне ужинать пора. Вашей красотой не насытишься, – не покидало голову Владимира Леонтьевича желание ужинать.

Весь следующий день готовили праздничный обед. В ресторане отмечать не захотели молодые. Да и дорого. В столовой комбината отказались отмечать родители. В этом случае надо было приглашать большую половину конторских служащих. Решили пригласить только близких и гулять дома. Отец с сыном освободили зал. Принесли доски, гвозди, молотки и закипела работа. Они соорудили по периметру зала столы и лавки. Получилось очень компактно и место для танцев осталось.

Наступил долгожданный день. Владимир Леонтьевич подал наряженные «Жигули» к подъезду. За рулём второго украшенного «Москвича» сидел сосед, вызвавшийся оказать приятную услугу своему молодому другу Валерке. Над убранством автомобиля старалась Маринка с соседскими ребятишками.

Так как за невестой ехать никуда не надо, решили, что жених со свидетелем выйдут первыми и разместятся в «Жигулях», а невеста со свидетельницей выйдут вторыми и разместятся в «Москвиче».

До поселкового совета ехали в разных машинах. Когда прибыли к месту регистрации, молодых ожидал приятный сюрприз. Жители посёлка встали живым коридором, через который в помещение вошёл жених, а следом за ним в зал бракосочетания, с торжественным видом Владимир Леонтьевич провёл невесту. Играла музыка. Присутствующие шумели и смеялись. И вот наступил торжественный момент. В полной тишине были произнесены поздравительные речи. Заданы вопросы жениху и невесте. Прозвучали ответы «Да!». Молодые обменялись кольцами. И… Заиграла музыка. Разом выстрелили несколько бутылок с «Шампанским». Молодые танцевали вальс и целовались, а гости кричали: «Ура!», «Поздравляем!» и «Горько-о-о-о!!!».

А дальше было, как в сказке. Когда выезжали из поселка, люди перегораживали дорогу, просили откупную. Желали счастья и долгие годы совместной жизни. Потом выехали на трассу и устремились в Елизово. Заехали к Валерке на работу. В гараже все были в шоке. Провожали в армию, а он женился.

Накатавшись, свадебный кортеж приехал к дому жениха. Соседи вышли на улицу, перегородили двор. Откупиться не удалось, и Валерка нёс молодую жену на руках до подъезда. Все смеялись и подбадривали его. На крылечке стояла Нина Николаевна с большим караваем. Молодые отломили по кусочку. Смеясь, обмакнули их в соль и отправили в рот.

– Смотри, мама пришла, – надавил на локоть Наташе Валера.

– Где?

– Вон у стеночки за крыльцом.

За спинами встречающих стояла Надежда Анатольевна. Улыбалась и плакала.

– Мамочка, иди к нам. Пойдём за стол, – позвала Наталья.

– Мама, идёмте. Да не плачьте. Смотрите, все веселятся, смеются.

– Это слёзы радости, детки мои. Слёзы за вас, чтобы вам их больше никогда не видеть и самим не плакать. Живите счастливо и богато. Рожайте нам кучу внуков. Простите меня. Не держите зла на дуру взбалмошную.

Надежда обняла и поцеловала зятя. Потом поцеловала дочку.

– Будьте счастливы!

Свадьбу гуляли два дня. Гости то терялись, то вновь появлялись за столом. К вечеру второго дня за столом остались только родственники. Уставшие и весёлые. Счастливые и помятые. Валера с Наташей ушли отдыхать в свою комнату. Маринка с тётей Надей рассматривали фотографии семейных альбомов.

– Череда праздников нас погубит, – сказал Владимир Леонтьевич, смакуя «Жигулёвское» пиво прямо из горлышка стеклянной бутылки.

– Все, уж праздники прошли! Будни наступили, – включилась в разговор Нина Николаевна.

– Ты, мать, чего-то стихами заговорила. Не к добру это. А до будней ещё далеко. Завтра опять «пьянка».

– Какая «пьянка»?

– Самая, серьёзная. Валерка послезавтра на службу уходит.

– Тихо. Знаю. Не говори громко. Пусть понежатся. Полюбуются. Пока время есть. «Пьянки» никакой завтра не будет. Посидим вечерком. Что, он с пьяной головой служить пойдёт? Ты его знаешь. Ещё чего натворит спьяну, потом локти кусать будет.