—Смотри, — ответил лекарь и подошел к парню, — потрогай спину и руку.

Осиор выполнил указание старого друга и положил ладонь на здоровое плечо Рея.

— Что чувствуешь? — спросил Бальдур.

— Руку, — ответил Осиор. — Теплая, обычная рука молодого парня.

— Маги… — выдохнул Бальдур. — Нет же! Ты пальцами пройдись, пощупай! Какая она?

— Твердая, — ответил Осиор.

— Как кованый прут, — кивнул Бальдур. — И спина точно такая же. И, готов спорить на большую монету, с ногами тоже самое.

— Что это значит? — спросил маг, ощупывая твердые, как камень, спину и бедра парня. Рей был хорошо тренирован, Витати его гоняла до кровавого пота, тут он не сомневался, но это напряжение…

— Это главный признак дубовой хвори. Когда все тело становится твердое, как дерево, все мышцы напряжены, постоянно, без причины, — ответил Бальдур. — А сам больной сидит вот так, и не реагирует… Хотя такого я не встречал. Пара больных, что я видел, обычно повторяли за другими людьми, без смысла, просто как эхо, или иногда бросались на домашних, будто демона увидели… Ваш парень не бросался ни на кого? Может, говорил сам с собой? Бормотал что-то?

Маг только медленно покачал головой.

— Нет, он просто… Застыл. Он что-то говорил перед тем, как замереть, но я не расслышал и…

— Что, совсем ни звука?

— Совсем. Но его можно уложить спать и иногда он поднимает правую руку, будто куда-то тянется…

Бальдур поцокал языком, прошелся по комнате, после чего скомандовал:

— Закрой окно. И дай сюда свечу!

Выудив из своей сумки какую-то лопатку, он опустился перед Реем на колено и закрыл ему один глаз.

— Сейчас, подождем…

Через минуту, убрав лопатку, лекарь поднес к лицу парня свечу, едва не опалив тому кончик носа.

— Реагируют, значит, не отравление…

— А если бы отравление? — спросил Осиор, заглядывая через плечо Бальдура и пытаясь понять, что делает лекарь.

К стыду мага, он всегда полагался на целебные печати и базовые знания о том, как правильно вправить перелом или вывих, но когда магия оказалась бессильна, Осиор столкнулся со своим невероятным невежеством в этой области. Благо, больных было значительно больше, чем магов, хорошо владеющих желтыми печатями, так что профессия лекаря оставалась почетной и крайне востребованной.

— Если бы это были известные яды, что вызывают одеревенение мышц, то и зрачок перестал бы реагировать, а, в конце концов, случилась бы остановка дыхания. Правда, обычно такие вещи действуют меньше, чем за день, а тут счет пошел на недели, но мало ли…

— А зрачок реагирует? — уточнил Осиор.

— Да, — кивнул Бальдур, поднимаясь с колена, — расширяется и сужается, что возвращает нас к дубовой болезни. Но тут особо тяжелый случай, друг мой, никогда не слышал о таком.

— И что мне делать? — спросил маг. — Я не могу бросить парня в таком состоянии, я его учитель и…

— Ты можешь только поддерживать в нем жизнь, — перебил Осиора лекарь, — разминать мышцы. С таким напряжением скоро пойдут тяжелые судороги, а они могут и убить…

— И только?

— Еще можешь надеяться, — горько ответил лекарь.

— Надеяться на что?

Бальдур, что сейчас склонился над своей сумкой, чтобы спрятать лопаточку в одном из многочисленных кармашков, замер, но все же ответил:

— Надеяться, что ему станет легче. Дубовая болезнь или проходит сама, или… Ты сам понимаешь.

Таков был вердикт лучшего лекаря столицы: просто ждать и надеяться, да следить, чтобы Рея не убили судороги.

И они следили. Ирман и Осиор попеременно разминали спину, плечи и ноги парня, частенько в этом им помогала и Витати. Молча и сосредоточенно, как она делала, впрочем, вообще все в этой жизни. Со временем раны Рея затянулись, оставив глубокие и страшные шрамы на животе и груди, но вот разум к нему так и не вернулся, сколько они не пытались.

В стороне осталась лишь Отавия.

Девчонка Форлорн… Осиор даже представить не мог, в какие переделки угодит Рей из-за его отъезда. Может, стоило взять мальчика с собой? Может, будь с ним винефик, они бы смогли отразить те нападения, в которых погибли его братья по трибуналу.

Маг мотнул головой. Все это пустые домыслы! Маги погибли из-за выстрелов ручных мортир, к которым они были не готовы. Впрочем, точно такая же мортира, которой они разжились для Ирмана в Кибашаме, уберегла мальчика от демона. Поедь он с ними, Рей бы стал просто еще одной мишенью, а Витати и вовсе была беззащитна перед подобным оружием. Не спасли бы их дикие щиты Ур, ведь с этой угрозой не смог справиться даже Аурантис, что погиб, прикрывая их с Ирманом бегство… Нет, Рей остался в столице на попечении Виолы и Неро.