– Сбор на экскурсию через полтора часа у гостиницы, - сказал он и отпил кофе. Вытянул ноги, обтянутые легкими домашними брюками и глянул в окно.
– Хочешь поехать?

– Конечно.

– Потом, через пару лет мы с тобой сами поднимемся на гору. Если хочешь, - добавил опять.

– Почему через пару лет?

– Там уже малыш будет, - он посмотрел на мой живот.

Он так ждет.

И теперь постоянно спрашивает, что я хочу. Как себя чувствую. И смотрит, с такой нежностью...

Никогда не думала, что это будет настолько приятно - готовиться стать мамой.

Я почти счастлива.

Только вот не перестаю думать про мужа.

Отломила кусочек булочки, помяла в пальцах. Артур розой провел по моей щеке, повернулась.

– Слушай, - он выдохнул и поднялся. С чашкой кофе прошелся до окна и остановился там, ко мне спиной.
– Прости меня за ресторан, Эмма. Не знаю, зачем так сделал.

Я зато знаю. Чтобы бывшего лучшего друга уколоть побольнее.

Но Артур почему-то сейчас извиняется.

Жую булочку и смотрю в его напряженную голую спину.

– Я кое-что важное понял, - продолжил он, не поворачиваясь.
– Люди, когда они счастливы - так себя не ведут. А отцовство - это счастье. Это не повод что-то кому-то доказывать. Да?

Он оглянулся.

Кивнула.

– Мне надоело, - он шагнул ближе к постели.
– Хочется мира. И прекратить выяснения, кто был сильнее виноват. Хочу жить дальше. Ты простишь меня?

– Я не злилась, - с готовностью заверила.
– Просто Макар...

– С ним я поговорю, - Артур присел на постель. Взъерошил растрепанные волосы. На его руке перекатываются мышцы, он такой крепкий, такой домашний, такой красивый, и мне не верится, что это не сон, что этот мужчина мой. Он посмотрел на меня и скупо улыбнулся на один уголок.
– Друга я, наверное, не верну. Но врага у меня тоже нет.

– Конечно, нет, - я в трепете от его слов. Он белый флаг поднимает, и впереди, в будущем, мне рисуется нечто прекрасное, уверенность, что дальше все будет хорошо - она растет, крепнет.
– Вернемся в город, и ты ему обязательно обо всем скажешь.

– Угу, - он потянулся ко мне.

Вложила кусочек сладкой булочки ему в рот и засмеялась, когда он смахнул с моей щеки крошки и чмокнул меня в губы.

Завтрак доела с волчьим аппетитом, потом сполоснулась под душем. Потом занималась медленным утренним сексом.

И снова была под душем, уже второпях.

Натянула теплый спортивный костюм.

На экскурсиях я, вообще, не была, не считая школьных. Чтобы вот так, во взрослом возрасте, куда-то ехать, смотреть, фотографировать...

– Я готова, - вышла к Артуру на крыльцо.

Он курит возле перил. Рядом с ним стоит какой-то незнакомый лысый мужик.

– Здрасьте.

– Эмма, это наш сосед из другого домика, - пояснил Артур и щелчком пальцев выбросил сигарету в урну. Махнул рукой вдоль ряда одинаковых одноэтажных строений.
– Это моя жена, Эмма, - представил он меня.
– Человеку помощь нужна, я отойду на пять минут.

– Ладно, - протянула, машинально спустившись следом за ними с крыльца.
– А...- что там случилось - спрошу потом, и так уже опаздываем.
– Я здесь жду.

Жена...

Наверное, так и будет. Мой развод. И сразу другая свадьба.

Взглядом проводила мужские фигуры, что скрылись за деревьями. Потопталась на месте, прогулялась вдоль дома.

И с удивлением повернулась на знакомую черную машину, что вырулила из-за поворота сразу ко мне.

Макар.

Ветер швырнул в лицо волосы, я порывисто шагнула к автомобилю, не в силах сдержать улыбку.

Так и думала, верила, что все наладится, Артур хочет помириться, и Макар тоже, приехал положить конец этой войне.

– Привет, - муж вышел на улицу. Бледный, с кругами под глазами, словно совсем не спал. Он глянул по сторонам и резким движением распахнул для меня дверь.
– Не занята? Садись, прокатимся.

– Сейчас Артур подойдет, - вытянула шею, пытаясь разглядеть его за деревьями у соседнего дома.
– Он с тобой поговорить хочет.

– Где он?
– отрывисто бросил Шварц.

– Вон там, - показала рукой.

– Доедем. Садись, Эмма. Это важно. Пожалуйста, - вдруг добавил он.

Колебалась всего секунду, настолько мне хотелось, чтобы все стало хорошо. Люди слепнут, когда желают чего-то так сильно.