Я встаю на колени, подчиняясь ему.

Маккенна

Глава 1

Маккенна Андерсон, 20 лет

«Эта приведет вас в форму.

Эта, синяя, поможет вам заснуть.

Примите их все, и вы не будете столь распутными».

Что ж, для этого было уже слишком поздно. Не то чтобы у меня с этим были проблемы, но мой терапевт считала, что решение проблем находилось в разных уродливых, оранжевых пузырьках. Она, бл*ть, проеб*валась в своей работе.

Единственная проблема, с которой я столкнулась, — это то, что люди изначально предполагали, что у меня есть проблема. Не каждого ломает их собственное прошлое. Неужели так трудно в это поверить? Более того, подробности моего прошлого не были ясны. Я не могла вспомнить всего, что должна была помнить.

Самое странное — это то, что у меня было счастливое детство. Хотя сейчас, находясь в настоящем мире, я понимала правду.

Мои родители были теми, кого общество бы определило как «монстры». И в этом плане яблоко упало недалеко от яблони.

Глядя на крошечные таблетки в руке, я повернула ладонь и стала смотреть, как они кружатся в сливе. Разгладив свою пышную голубую юбку своей униформы, я последний раз быстро осмотрела себя в зеркале.

Форма Би-Бопса была до смешного яркой. Я понимала, что мой босс Ян пытался остаться верен эпохе ретро, но он мог бы попытаться хоть немного осовремениться.

После того, как я поправила воротник и закрепила волосы еще несколькими заколками, я стала выглядеть так, как и должна была. Иногда мне очень не хотелось прихорашиваться, и это был один из этих случаев. Менее пяти секунд мне потребовалось, чтобы выйти из ванной и пройти через спальню в открытую гостиную. Квартира была небольшой, но уютной и моей.

Я направилась к винному шкафчику и вместо завтрака налила себе рюмку водки. Что я могла сказать? Я была настоящей опасностью. Но, по правде говоря, это была самая захватывающая часть моего дня, и это помогало мне моментально проснуться.

Быстро просмотрела вчерашнюю газету: Микас и Тайлер Реал Эстейт объединялись, гастроном на Пятой и Мейн-стрит закрыл отдел здравоохранения, а также что-то о бдении при свечах, дабы почтить жизнь Ханны Ортеги. Типичный новостной день.

Проверив свои банковские счета, я снова опрокинула рюмку и, почувствовав багрянец на щеках, схватила ключи от джипа и направилась к двери.

***

Как только я свернула на скоростную магистраль, как на моем телефоне заиграли «Black Beatles». Улыбающееся лицо Гаррета промелькнуло на экране. Я ответила на звонок, поставив телефон в держатель для GPS и позволяя ему соединиться со мной по блютусу. Я не была из тех людей, которые могут писать, говорить и делать все одновременно. Хоть идея нагромождения всего и вся звучала весело, то разбитие своей машины — нет.

— Думаю, я набрал не тот номер. Кто эта прекрасная сучка, на которую я смотрю? — в трубке раздался веселый голос Гаррета.

— Ты проснулся до обеда? — ахнула я. — Вы что, растете, общаясь со мной, Гаррет Метьюз?

— Заткнись, мне нужно было забрать родственника из аэропорта. Я тебе снился?

Он спрашивал меня об этом каждый день. Гаррет видел лично, что мне снились кошмары, и всегда старался добавить юмора на случай, если они вернутся. Я взглянула на экран и увидела, что он многозначительно поигрывал темными бровями. Как ему удается заставить их выглядеть так идеально?

— Да, ты был одет в ярко-синие плавки, которые тебе подарила Милли на рождество.

— Черт, теперь я знаю, насколько твои простыни были мокрыми, когда ты проснулась, — он засмеялся. — Свежие новости есть?

Внезапная тревога в его голосе согрела мое сердце.

— Нет. Цифры не поменялись,— вздохнула я, одарив его, как мне казалось, правдоподобной улыбкой.

Прошло почти три года с тех пор, как я получила письмо с банковской информацией.

Новый открытый совместный счет с кем-то, кто должен был быть мертв. Он не снял ни цента, как и я. Каждый день я проверяла сумму, чтобы увидеть, не изменилось ли что-нибудь.

— Он на свободе, детка. В конце концов, он тебя найдет. Но не будет заканчивать разговор на плохом, наш ужин сегодня вечером все еще в силе, правильно?

— На самом деле я хотела... — начала я.

— Ох, бл*ть, только не это, Кенна, я не хочу этого даже слышать. Ты целый месяц была отшельником. Если мне надо будет вытащить твою задницу из квартиры, я это и сделаю. По факту, ты даже не должна возражать. Это важно. Увидимся завтра.

Прежде чем я смогла отказаться, что и собиралась сделать, он повесил трубку. К концу монолога его слова потеряли все оттенки игривости.