Уже выставив блок, я понимаю, что это ошибка. Оружие тут же ломается. Удар достигает цели.

Больно. Но от настоящего огня было бы в сто крат больнее.

В наших ментальных битвах нет настоящих ощущений. Просто в оружие мы вкладываем поблекшие воспоминания.

Закономерно, что у моего «друга» они ярче и их больше. С мефрау Боль он имеет долгий и запутанный роман. Иначе бы я его не выдумал.

Упасть на колени, прохрипеть что-то невнятное.

Янус хватает меня за волосы и тянет наверх. В его зеленых глазах светится торжество.

Бью обломком клинка в живот.

Янус скрючился.

Повалить его в воду.

Схватить за горло.

Теперь моя очередь его топить.

Главное, чтобы энергии в источнике хватило.

По спине словно ударили плетью.

Ослабил хватку, получил удар ногой.

Отшатнулся.

— Минхер маг, опустился до банального мордобоя, — мой демон сплюнул кровь и жутко улыбнулся, его глаза стали безумными. — Мне это нравится! Продолжим!

Я глухо выругался и ударил в Януса молнией. Пришло время для тяжелой артиллерии.

Вода и огонь. Огонь и вода. Попытка утопить, попытка сжечь живьем. Попытка заморозить, попытка порубить на куски.

И напоследок — молнии, метеориты, а также акулы-людоеды. Последнее — выдумка этого больного ублюдка.

Так прошла моя ночь. Янус не унимался, пытался взять контроль над моим телом. Я отчаянно сопротивлялся.

Прекратили мы, только когда истратили весь мой резерв. Тогда он успокоился, а я вернул контроль над телом, захватил немного эфира и загнал его обратно в тюрьму.

Стоит удивляться, что с такой ночью, я проспал все на свете и встал после двенадцати?

Вопреки ожиданиям голова не болела, но в теле царила противная слабость, а правый глаз хотелось вырезать, так он болел. Кое-кто забыл вчера снять линзу.

С трудом поднялся с кровати. Мир покачнулся, но я удержал равновесие. Хотелось проклясть идиота, который вчера выпил и обеспечил мне все это. С трудом я доковылял до стола. Два элла дались мне с большим трудом. Снял линзу, выдохнул.

Аккуратно собрал эфир, восстановил резерв. Прокачка нейтралки по телу не помогла. Все также паршиво.

Ругнувшись, я и отправился в душ. Там чуть не рухнул, но вода привела меня в чувство.

— Красавец, — пробормотал я, рассматривая свою рожу в зеркале.

Бледная кожа, покрасневшие глаза разного цвета, дерганные движения.

То ли жертва запоя, то ли усиленных тренировок.

М-да, неудивительно, что Янус так легко овладел моим телом. Слишком сильно я вымотался.

Программа академии, уроки у Соддерная, дополнительные занятия у Лемона, которые я не стал забрасывать.

Да, есть где устать.

И отказывать нельзя, и с результатами все… сложно.

Воробушек — это красиво и мило, но практической пользы от него мало. Единственное, что утешает — это только первый этап, дальше будет настоящая магия.

Тренировки с Лемоном? Он что-то говорил про КПТ в двадцать единиц и резерв в сорок, а до этого я прикован к накопителям.

Я снова посмотрел в зеркало и отрицательно покачал головой. Даже если куратор начнет меня по-настоящему учить, не выдержу, надорвусь. Или потеряю контроль и отдам тело Янусу, что гораздо хуже.

Обидно, но стоит признать — за два месяца Адриан научил меня гораздо большему, чем несколько преподавателей академии за тот же срок. И мое единственное «боевое заклинание» — это то же его подарок. Обидно, но факт.

Меня передернуло. Неприятно осознавать, но все чего я добился за все время обучения — заслуга исключительно генерала Камета. Сам по себе я круглый ноль.

И только в этот момент я понял, что это не мои мысли, вернее, не только мои.

Я прогнал через каналы головы немного эфира, Янус взвыл от боли и заткнулся Дышать стало легче, настроение улучшилось, правда, тут же рухнуло в бездну.

Мой демон раньше не работал так тонко. А то, что он показывал очень похоже на ментальное заражение, о котором рассказывал Соддерн. Да, без специальных заклинаний, на голой силе и энтузиазме, но это было оно.

Неприятное открытие, мягко говоря. Особенно с учетом того, что он уже порвал в клочья разум двух магов. Хотя был в заведомо проигрышном положении, если верить учебникам.

Просто прекрасно, великолепно. Я знал, что у меня на цепи бешеный пес, но, похоже, в упор не замечал его силу.