– Посмотреть могу. Соседям надо помогать, на одной станции живем… Но мне сначала надо будет инструменты поднакопить и деталей на замену… Давай так – ты сегодня с народом потолкуй, я завтра с малыми подойду и гляну, у кого какие проблемы. Потом на разборке пошукаем, что полезного можно набрать. Ну и уже от этого и спляшем.

– Хорошо. Тогда к завтраку вас жду.

– Бабка Фарли – хорошая, – задумчиво высказался Блоха, как обычно вместе с сестрой топая впереди Осокина. – Она нас иногда отходами подкармливала, если что-то оставалось. И соседи ее уважают, у нее самое лучшее варево из гидропоники получается. Поэтому ее послушают, утром толпа будет желающих забесплатно отремонтироваться.

– Забесплатно – это разок. Я человек широкой души, но не дурак. Кто хочет, чтобы я к нему со всем уважением – пусть меня за идиота не держит. Глядишь – на несколько дней пропитанием себя обеспечим. Пока же надо с Чахлым переговорить. Есть у меня идейка.

– Чахлый – он тот еще жук. Его сколько не пытались подвинуть – не могут. И “черви” у него самые бесстрашные. В такие дыры забираются, куда редко ко рискнет голову сунуть.

– Но слово он держит?

– Держит. Или давно бы прирезали. Тут все просто – или ты сильный и охрана тебя защищает. Или не кидаешь на пустом месте.

Идея Чахлому понравилась. Он даже не поленился, выбрался наружу, полюбовался горами нового мусора и сказал:

– Значит, база у тебя по ремонту прошита. Это хорошо, Кержак. Это очень хорошо. У нас здесь в основном доходяги, кто даже понять зачастую не может, что за железку выдрал. Блестит, выглядит новой – вот и тащит на продажу. Если ты сможешь до ума что-то довести, то за это реальную цену можно на барахолке попросить. Заодно и у меня в подсобке поройся, вдруг что найдешь… Пополам делим заработанное, так?

– Не жирно будет? – возмутился Блоха, крутившийся рядом. – Мастер наш, а ты половину под себя грести хочешь?

– Мастер – с вашей семьи. А железо – мое. Я обычно треть с найденного отдаю – а тут, на половине сойдемся. Или – пусть выкупает за цену, что установлю.

– Тихо, тихо, – примирительно поднял ладони Иван. – Давайте не будем на пустом месте склоку устраивать. На первое время – половина устроит. Твои запасы посмотрим, что-то из нового найдем. У тебя наверняка свои люди на барахолке есть, через них и продашь. Я же пока хочу попросить пару “таблеток”, которые на разных устройствах стоят. И лучше, чтобы были заряжены. Показать кое-что хочу.

Покосившись на насупившегося парня, Чахлый усмехнулся и залез к себе в хижину. Гремел там железками, потом выбрался и положил на слепленный из кусков жести столик коробку. Открыл крышку, ткнул пальцем:

– Вот, все, что найти получилось. Три малых, одна средняя, одна большая.

“Таблетками” называли круглые аккумуляторы, которые использовали в различных переносных устройствах. На мусорке обычно находили разряженные или испорченные. Но зарядные устройства у старших “червей” были, поэтому в случае необходимости добычу проверяли на работоспособность и потом или продавали, или использовали сами.

– Залиты?

– Обижаешь, на продажу держу.

– Отлично… Так, проводочек у меня есть, а вот изолента… Не поделишься?

– Подарите корочку хлеба, а то я так замерз, что переночевать негде, – вздохнул Чахлый и снова исчез в хижине.

Одно время Ивана клинило от фразочек и привычных слов по старой жизни слов, которые уж точно вряд ли местные должны были знать. Потом он сообразил, что это явно выверты подсознания. Мозг подменял чужие конструкции на те, к которым привык на Земле. Мало того, и сам мог что-нибудь эдакое оттранслировать в понятные местным варианты. Поэтому мужчина дождался, когда калека вернется назад с куском ленты и начал священнодействовать.

– Смотри, вот сюда, на бок “люмки” мы приделываем проводок. И не прямым, а змейкой изгибаем. Вот, сюда, тут как-будто потеки. Это место, куда контактную площадку впаивали. Потом большую плиту обрезали, под формат настрогали, а кусочки с боков в отбросы пошли. Большие на переработку, мелочь на выброс. Если правильно проводок приделать, потом сюда переключатель вот этот… Кстати, спасибо за него, Чахлый… И теперь лентой все поверх, на один слой. Все. Это ручка. Это выключатель. Это “люмка”. Вот здесь маленькая “таблетка”. Теперь главное – кнопочку нажали, получили переносную лампу. Еще раз нажали – выключили. Сгибать ничего не надо – тогда внутри светоносный слой разрушается и люминофора хватит часа на четыре-пять. А с аккумулятором – почти вечный светильник.

– Ну-ка, покажи еще раз, – оживился Чахлый. Взяв самоделку, внимательно ее оглядел, чуть ли не обнюхал, затем поигрался выключателем и с явным сожалением отдал обратно: – Вещь, согласен. Жаль, идею сопрут быстро. Хотя светит как настоящий фонарь, ярко.

– Если мы придумаем, как корпус делать, то сможем сами наклепать и продать часть. Кто-то будет мучаться, ковыряться. Кто-то готовое возьмет. Главное – “таблетку” подзарядить всегда можно. Подставку снизу прикрутить, на любую кучу пристроил и копайся себе в удовольствие.