Решил действовать как Том Сойер и сразу обозначить привлекательность будущей, бесплатной почти, работы для Варвары. Ну, дам потом возможность поупрашивать себя.

— Знаю! Я прошла в финал! А кто будет в жюри, не знаешь? Говорят, что призами будут путёвки в Болгарию? — засыпала меня вопросами модельер.

— Призов много будет, ведь в номинации не только первые три места, будут ещё и «мисс грация» и «миссис Красноярск» (я забыл название этой номинации, но меня прекрасно поняли), а в жюри — вот, например, Астафьев будет, — показал я на книжки, — Годенко наш известный, ну и я. Ещё воин-интернационалист из нашей заочной школы, привлек его.

— Невыгодно мне, и не из-за потери времени, хотя у меня до Нового года уже все расписано. Конкурентки они мне. Но двоих-троих возьму и сделаю всё что смогу, — закусив губу, сказала Варвара, оценив, очевидно, моё участие в жюри и плюс то, что я ещё кого-то взял по своей протекции туда.

— Да, вот, кстати, Егор Зайцев из Москвы! — запоздало представил гостя я.

— Ага, мне сестра звонила, что ты зайдёшь, я так и поняла, кто ты, — улыбнулась Варвара. — Я до семи вечера сегодня работаю.

— Понял! — сказали мы хором с парнем.

Блин, неудобняк! Она не мне это сказала, а московской знаменитости! Раскатал губу.

— Ты чего расстроился? — спросил Егор по пути в гостиницу.

Вернее, это он туда шёл, а я пойду в другую сторону, на остановку «Главпочтамт».

— С чего бы? Девушка только что потеряла шанс на призовое место в финале, — пошутил я.

Оставив чувака стоять с открытым, буквально, ртом, тащусь на остановку, и там с трудом забираюсь в переполненный автобус. Скорей бы уже «маршрутки» появились, что ли. Хотя, к тому времени меня будет возить личный шофер, надеюсь. Мысли о будущем богатстве меня немного примирили с действительностью. Ну, не тянет девушек ко мне. Светка и Люда пока со мной, но связи с ними сугубо платонические.

«Чёрт, хотел бабушке телеграмму отбить, был же на почтамте, вернее, недалеко от него», — запоздало понимаю я.

— Может, ты на меня ещё сядешь? — слышу возмущённый девичий голос в автобусе.

Опускаю глаза вниз и вижу — толпа меня прижала к девушке, сидящей на одиночном кресле у окна, в руках у которой была коробка с тортом.

— Предложение приемлемо! — голосом терминатора-Шварценеггера говорю я и делаю вид, что вот-вот сяду на коробку.

— Похож-похож на Терминатора, — хвалит меня девушка, даже не пытаясь убрать коробку.

Не боится.

— Видела «Терминатора»? — спрашиваю я с целью завязать знакомство, ибо девушка в моём вкусе.

— Парень, передай на проезд, — в мою руку попадает пятачок от толстой матрёны, стоящей рядом, которой этот пятачок тоже кто-то сунул.

Да, самообслуживание сейчас в автобусах, и прозрачная касса с билетами, куда этот пятачок кинуть нужно, рядом со мной находится. Невозмутимо отрываю билет, передаю его тетке, а пятак кладу в карман под удивлённый взгляд сладкоежки. Наклонившись к ней, рассказываю анекдот про Раскольникова. Мол, одна старушка — десять копеек, а если десять старушек грохнуть — уже рубль!

— Триста семнадцать рублей шестьдесят копеек он украл, — строго поправляет меня моя слушательница и презрительно добавляет: — Пятачок пропьешь, наверное?

«Совсем юмора не понимает!» — огорчаюсь я и кладу пятак туда, куда и положено.

— Как можно напиться на сворованный пятак? Вот, если бы, как Шариков, два червонца украсть, — грустно шучу я и прокалываюсь.

Понял я свою ошибку не сразу, а когда увидел удивлённо-заинтересованный взгляд девушки. Булгаков, поди, ещё запрещён здесь! Самиздат, конечно, его знает, а вот книги не издаются. Хотя, нас никто особо не слушает, гул стоит такой в транспорте, что себя слышно плохо. А произведение девушка точно читала.

— Давай я тебе на коленки сяду, — предлагает она вставая.

От неожиданности сажусь, и мне на колени падает почти невесомая моя новая знакомая.

— Ты сам как шарик! — хихикая, гладит она мой короткостриженый по моде округлый череп.

— «Шарик — это значит круглый, упитанный, глупый, овсянку жрёт, сын знатных родителей», — поправляю я. — Толя я.

— Я Марина! В гости еду к деду, — представляется девушка.

Смотрит Марина на меня с симпатией и ждет продолжения знакомства.

— Ты где «Собачье сердце» читала? — тихо спрашиваю я.

— Да у деда же! Ой! Дед ругаться будет! Приносят ему иногда литературу, — также тихо говорит Марина.

— Дед в Студе живет? — спрашиваю я, так как мы уже едем по улице Киренского. Cкоро мне выходить на остановке «Гастроном».

Выйти решаю вместе с Мариной, хочу поболтать, о чем ещё пишет самиздат.

— Нет, в Академе! А поехали вместе в гости? — предлагает малышка.

Точно, автобус же идёт до Академа. Оттуда мне потом добираться до дома трудновато. Или пешком час идти, или автобус ждать час, а ещё небо хмурится, и дождь того и гляди, ливанёт. И ещё там Людмилка может нас увидеть, хотя, она сегодня допоздна марширует под руководством Михалковой-Соловьёвой. Отказаться или подумать хорошеньно не успеваю.