– Я вас ждал домой в Козловку.

А сам насупился, в глаза не смотрит. Осунулся, похудел, выбрит плохо. И я как назло едва ворочаю языком:

– Здесь до больницы ближе, мы же договорились обо всем, чего ты начинаешь?

– Успокойся, сейчас схожу в магазин.

– И в аптеку. Я список составлю. Коля, а где у нас ручка?

– Твоя же квартира, ты тут хозяйничаешь.

– Коля, не заводись, мне и так плохо. Сыр купи, может, молока прибавится. И сгущенки хочется, а фрукты, сказали, нельзя… Слушай, я тут написала тебе фито-сбор для лактации, не забудь спросить.

– Понял. Теща когда приедет? – он не говорит, а будто рубит дрова каждым словом.

– Завтра жду. Коля, а когда мы коляску купим? Это не срочно, гулять пока нельзя, но надо уже присмотреть.

Сама удивляюсь заискивающим ноткам в голосе, наверно, это от слабости и желания довериться кому-то рядом, разделить с родным человеком все напряжение и беспокойство последних дней.

– Сделаем.

Колю не узнаю, на себя не похож – мрачный, неразговорчивый, от прежней доброжелательной веселости нет и следа. Неужели не рад малышке…

Это потом он мне рассказал, что на работе неприятности, попало ему за какие-то махинации с елками под новый год. Ему попало и рождение дочки совпало. Да я еще тут на нервах играю. Так чего скрывать свои проблемы, они же теперь наши общие.

А Коля меня утешает:

– Зачем тебе зря волноваться, утрясется, не думай даже. Ребята обещали помочь.

– Ты их слушай больше, они тебя еще воровать научат, – ругаюсь я с Алисой на руках. Деловая мать семейства.

– Так было бы чему учиться… – отмахнулся с досадой.

– Коля, не пугай меня!

– Молчу я, молчу. Просто сейчас каждый успевает, как может. Люди миллионами ворочают, а тут…

– Ага, ворочают! Они ворочают, а тебя за три тополя на Плющихе посадят! Ты подумал про нас? Мы с Алиской по миру пойдем!

– Мамки-няньки помогут… – огрызнулся и хлопнул дверью.

Хорошо хоть вернется скоро, я уже почему-то скучаю.

Первые недели прошли в суматохе, мамин приезд совпал с посещением Альбины Кирилловны. Вот уж точно мы напоминали трех наседок, кудахчущих над одним несмышленым птенцом! И все-то дамочки с опытом, старинным или передовым. Старинный – это у драгоценной свекрови.

– Тонечка, ты ее пеленай потуже, она успокоится как в «мамином домике». Укропную водичку приготовили? Скоро начнет животик болеть. А вот памперсы вы зря так часто используете – попа вспотеет, это плохо скажется на здоровье девочки.

Зато мамочка моя как всегда по инновациям впереди планеты всей.

– Тоня, дай ей свободу движений! Я прочла в Интернете, что им надо больше двигаться. И надо уже приучать писать по сигналу. Держи под коленки над умывальником и водичку включай, она девочка умная, сделает все сама.

– Мама-а! Ты что говоришь? Как щенок Павлова у нас дочка будет по команде в туалет ходить?

– Щенок Павлова по команде питался, не путай.

И смех и грех… Только Алиска по-прежнему спала у меня на руках, на охи-ахи бабушек не реагировала, ручки из пеленок вытаскивала, царапала себе щечки и оттого еще пуще ревела. Один раз зашлась таким диким визгом, что я кинулась вызывать «скорую». Но к приеду врача мы уже мирно дремали. Строгая пожилая дама в белом халате сделала мне выговор:

– Женщина, вам сколько лет? Тридцать три? Ну, и что с того, что первый ребенок, вы литературу читали, на курсы молодых мам ходили? У девочки обыкновенные колики. Процесс естественный для ее возраста. Держите под рукой «Эспумизанчик» и будьте спокойны. Ребенок абсолютно здоров. Распишитесь вот здесь.

– Спасибо… я очень испугалась. Простите.

Было безумно стыдно перед врачом за свою неумелость и склонность к панике. Век живи – век учись и все равно помрешь психованной дурой. Но это самый пессимистичный прогноз, а будет настроение лучше, я другой себе сочиню.

Может, именно сочинять истории я и умею лучше всего в жизни. Недаром мне хорошие отзывы пишут незнакомые люди на сайте. Но теперь долго не вернусь к электронным книжкам. Не до сказок, успеть был четвертинку сна посмотреть.

В марте по раскисшим дорогам Зайцев забрал нас в Козловку. Я была уже не против домика в деревне. Замучилась таскать коляску из подъезда на улицу, выискивать комфортное местечко для прогулки. Кругом одинаково серые дома, подтаявший грязный снег, даже небо казалось унылым и скучным.