— ох! Привет, это ты… Я если быть честным уже и не ожидал, что ты вернешься.

— неужели!? У тебя, что все клиенты воры? — спросил я.

— ну, вообще-то нет… Где бы я тогда лошадей набрал? — нервно хихикнул парень.

— тогда почему ты так обо мне подумал?

— да, ладно не бери в голову.

Парень такого же возраста примерно, как и я вышел и захлопнул дверь.

— просто лошадь нужно было вернуть немного раньше, вот я и подумал так… — нервно улыбаясь сказал парень, забирая поводья у меня с рук.

— ну, вот и славно! Я больше ничего тебе не должен, прощай.

Я уже развернулся, чтобы уходить, но он позвал меня внезапно:

— погоди, тебя же Любомир зовут?

— ну и?

— ты увидишь Лиляну в будущем? Просто я заметил, что её лавка закрыта, а сегодня как бы рабочий день, как будто что-то произошло…

— понятия не имею, что там у неё произошло.

— но вы же вроде как вместе уезжали?

— ну да, что ты хотел, не жуй сопли уже!

— мне нужно передать ей письмо, это очень важно. Ты смог бы его передать?

— ты что шутишь?

— это действительно очень важно.

— ты не мог ей сразу сказать что хотел? — с раздражением спросил у подозрительного конюха.

— я не думал, что она уедет на долго.

— а откуда ты знаешь, что она уехала надолго? — еще больше возмутился я.

— до этого не сложно было дойти парень… Ты видно её друг раз уезжал вместе с ней, а сюда наведывалась городская стража, и они весьма убедительно спрашивали куда вы делись.

— ну, а ты естественно им всё выложил, как на блюде? — не сомневаясь в своей правоте спросил я.

— что ты! я бы так не поступил! Да и откуда я знал куда вы едите? Я как бы честно признаться… Давно это… Присмотрел её, ну как женщину. То есть это…

— хорош мямлить, а то меня это раздражать начинает, выноси своё письмо.

— дело в том, что я не рассчитывал, что вы вернётесь, и уже потерял надежду её увидеть. Ты не мог бы зайти подождать? Это займёт каких-то десять минут.

Соглашаться или отказаться? Лиляна, была моей хорошей подругой, насколько вообще женщина может ей быть… Просто, передать письмо я мог. Тем более что думал к ней заехать, где-то через неделю. А этот парень может, как раз и приедет к ней на сожительство, чтобы она меня больше не доставала.

— я смогу ей доставить письмо, но не раньше чем через неделю. — объяснил я.

— это не так страшно. Я годы потратил, чтобы хоть как-то с ней сблизится, поэтому неделя ничто для меня. Ну, так что подождёшь?

— ладно, десять минут с меня не убудет. — я оглянулся вокруг — нигде не было видно стражи. Что ж это хороший знак. Странно было… Она никогда об этом хмыре не рассказывала… Хотя, когда она мне что-то рассказывала? Эта женщина была себе на уме, и походу много с кем крутила шашни.

Я проследовал за конюхом внутрь зала. У него был довольно странный дом. Он начинался не с коридора, а сразу представлял собой большую залу с тремя окнами, два из которых выходили на улицу. В зале было три двери. Одна сбоку и две на дальней стене. Возле двух дверей стоял стол, на котором стояла чернильница. Парень первым делом пошел к окну и забрал масляную лампу, которая освещала пространство возле окна. Потом он подошел к столу поставил её с краю и вытянул лист бумаги с шкафа. Он сел, и методично начал писать текст, макая перо в чернильницу. Я ходил туда сюда, ожидая, когда же он настрочит свою бумагу. Прошло уже точно минут десять, и меня эта процедура начала раздражать. Он что там поэму писал? Впервые за это время я подошел к столу, где сидел парнишка и увидел то, чего не ожидал, но это точно стоило предвидеть. Тот, якобы текст, что он должен был написать, представлял собой просто набор бесполезных штрихов.

— ах ты подонок! — крикнул я вытягивая рапиру.

— прости меня Любомир, у меня не было выбора… — выставляя руки вперёд промямлил парень, чуть ли не падая со стула.

Я хотел было проколоть его лживую грудь от злости, но сзади я услышал, как открылись входные двери. Зашли четверо солдат и старик Атанас. Все были с мечами и стали в ровную шеренгу. Это была не просто расправа, это была ловушка дьявола. Это было, что называется — оплата за добро.

— вот ты и попался скотина! — прошипел старик.

— ты за деньгами, старый жид? — спросил я, крепко сжимая эфес рапиры.

— нет уж, деньги оставь себе, я пришел за местью! Я ждал этого дня 23 года! И вот час расплаты наступил, тот кто убил невинного — познает настоящий суд! — вытаращив свои злые глаза, сказал Атанас. При этом солдаты вообще как-то странно себя вели. Одни откровенно зевали, другие судорожно водили глазами, глядя на мою откровенно классную рапиру.

— ты дурак, что ли? О каком суде идёт речь?

— не строй из себя невинную овцу! Ты жестоко убил моего сына, падаль! И никто не понёс наказания! — завопил чокнутый старик.