– Слава Богу, полковник! Когда я смотрел, как вы подъезжаете, я не знал наверняка, кто это. Мы здесь все сидим как на иголках.

– У вас есть на то веские причины, – мрачно ответил ему Клей. – Кавалерия прибыла сразу после того, как вы с Мартином уехали. Я едва ноги унес.

Катал рассудительно кивнул:

– Мы уже отъехали на порядочное расстояние, когда услышали стрельбу. Мы догадались, что произошло. – Он ухватился за уздечку и потянул лошадь Клея в конюшню. – Лучше оставьте ее под седлом, полковник. Неизвестно, как скоро нам придется отсюда выбираться.

Клей спешился и завел жеребца в стойло рядом с еще двумя оседланными лошадьми, позаботился о том, чтобы у него было достаточно сена, и следом за Каталом направился к дому.

Ужасный, душераздирающий женский вой встретил их в передней, и Катал на какой-то момент задержал его у двери в кухню.

– Слышите – это моя мать, полковник, – сказал он. – Отец передумал оставлять Дэнниса в драморской церкви и привез гроб домой в двуколке.

– Ты рассказал им про Кевина? – спросил Клей.

Катал кивнул, в его молодых глазах застыла боль.

– Так было лучше всего, полковник, – пока они переживали одно горе, рассказать им про другое. – Он открыл дверь и первым зашел внутрь.

Гроб стоял на столе, с каждого его конца горело по свече в бронзовой подставке. Миссис Роган в темном платке сидела возле него и бусинки четок пощелкивали у нее между пальцев, когда она всхлипывала.

Шон Роган сидел в кресле у огня, уставившись в пламя отсутствующим взглядом. Шотландская борзая распласталась у его ног, и, когда Клей двинулся вперед, глаза ее открылись и она угрожающе, глухо зарычала.

Шон Роган повернул голову, его лицо было невероятно изможденным, глаза подернуты влагой. Он показал рукой на пустующий стул и сказал сухим, бесстрастным голосом:

– Садитесь, полковник. Приятно видеть друзей в минуты скорби.

Катал достал бутылку виски, два стакана, и старик молча предложил Клею выпить, как того требовал обычай. Клей осушил свой до дна.

– Наверное, мало проку пытаться рассказать вам, что я сейчас испытываю.

– Я знаю – вы друг, – ответил ему Шон Роган. – Вы были одним из наших с самого начала. Мой сын погиб там, в большом доме?

– Он захватил с собой сэра Джорджа Гамильтона.

– А сам дом?

– Прах и тлен.

Женщина позади них негромко застонала, а Шон Роган задумчиво уставился в огонь. Он вздохнул, и казалось, вздох этот исторгнут из самых глубин его естества.

– Ничтожная цена за двух сыновей, полковник. Ничтожная цена. Вы были правы с самого начала.

Клей не нашелся, что сказать в ответ, но этого и не требовалось. Какая-то внутренняя духовная сила вернула старика к жизни. Он повернулся к своим двум сыновьям:

– Немного погодя мы похороним вашего брата, достойно, честь по чести, здесь, где он жил. Позднее отец Костелло сможет прийти и освятить землю.

– Мы выроем могилу у задней стены сада, – сказал Катал. – Земля мягкая. Это не займет много времени.

Он осторожно отвел в сторону мать, и Мартин накрыл гроб крышкой. Они перенесли его из кухни в другую комнату, и через некоторое время раздался стук молотка – стали приколачивать крышку.

Роган недрогнувшей рукой подлил себе выпивки:

– А как вы, полковник? У вас есть какие-нибудь планы на ближайшее будущее?

– Нет, хотя мне бы не помешало их иметь, – сказал Клей. – Кавалерия прибыла в Драмор сразу после того, как ребята уехали, чтобы сообщить вам известие о смерти Кевина. Я едва ноги унес. Всём известно, что капитан Свинг – это я, а несколько людей Гамильтона уцелело во время пожара в доме. Они расскажут о том, какую роль я сыграл во всем этом. В довершение всего я убил Берка.

Роган неторопливо кивнул:

– Суд над вами будет не более чем формальностью, полковник. Не более чем формальностью. Это хорошо, что вы приехали сюда, а не куда-нибудь еще.

– Вы хотите сказать, что можете мне помочь? – спросил Клей с воодушевлением.

Роган кивнул:

– Что вам нужно, так это корабль, отплывающий отсюда в самое ближайшее время, а это можно устроить. Одна французская шхуна доставляет товары в Голуэй. Мы регулярно уславливаемся с ними о встречах. Слава Богу, в Ирландии это вполне обычное дело, когда хорошему человеку требуется побыстрее унести отсюда ноги.

– Как скоро это можно устроить?

– Этой же ночью, – ответил Роган. – Но взамен вы должны сделать кое-что для меня. Возьмите Катала и Мартина с собой в Америку. Видит Бог – мало что хорошего ожидает их здесь, в стране, которая умирает год за годом.