– Он приобрел два корабля и сколотил состояние, доставляя контрабандные грузы из Нассау в Атланту, – спокойно проговорил Клей. – Его застрелили, когда он с боем уходил от сторожевого корабля янки, за три месяца до окончания войны.

Шон Роган степенно перекрестился:

– Да обретет он покой.

– Которого ему явно недоставало на этом свете, – пробормотал Клей.

Он искусно закрепил узлом последний стежок, отрезал торчащие концы, а потом перевязал ногу чистой материей. Пока он завязывал узел, Шон Роган вздохнул:

– Ей-богу, мне уже полегчало. Вы свое дело знаете, полковник.

– Еще бы мне не знать, я достаточно попрактиковался, – ответил Клей.

Мартин достал чистые стаканы и новую бутылку виски, Кевин Роган наполнил стакан и придвинул его к Клею.

– Как гласит Священное Писание, полковник, трудящийся достоин награды за труды свои.

– Да, кстати о награде, – сказал Клей. – Я совсем забыл.

Наступила несколько неловкая пауза, во время которой Роганы переглянулись, а большой Шон пожал плечами:

– Вполне справедливо, полковник. Вы славно поработали. Называйте вашу цену.

Клей потянулся к своему седельному вьюку и достал пакет:

– Когда человек везет что-нибудь в такую даль, в какую я вез эту штуку, думаю, он имеет право знать, что находится внутри.

Глаза Шона Рогана широко раскрылись от удивления, а затем он от души расхохотался:

– И ей-богу, ваше желание сбудется, полковник. Я думаю, вы это заслужили. Открой его, Кевин.

Пакет был завернут в холст, прошитый по краям и запечатанный красным сургучом. Кевин достал складной нож и распорол швы. Клей не спеша зажег сигару, выжидая.

Внутри была водонепроницаемая оболочка из промасленного шелка, тоже зашитая, а когда ее сняли, показалась деревянная коробка. Кевин перевернул ее вверх дном и пачки банкнотов вывалились на стол.

Молодые Роганы схватили каждый по пачке и стали их рассматривать, взволнованно переговариваясь. Клей повернулся к их отцу с нахмуренным лицом:

– Но я не понимаю...

Кевин бросил ему одну пачку:

– Посмотрите вот на это – и вы быстро все поймете.

Это были хрустящие, свежеотпечатанные банкноты достоинством по пять долларов, выпущенные от имени Ирландской республики и подписанные Джоном Махони. Он поднял взгляд и увидел, что остальные пристально смотрят на него.

– Но Ирландской республики не существует.

– Скоро она появится, – резко сказал Кевин Роган. – Братство насчитывает тысячи членов – здесь и в Америке. Через несколько месяцев мы будем готовы выступить, и, когда мы это сделаем, Ирландия снова станет свободной.

– Вы, вероятно, имеете в виду это Фенианское братство, про которое я так много слышал в Голуэе?

Шон Роган кивнул:

– На этот раз мы беремся за дело всерьез. Мы хотим свободы, причем немедленно.

– Но откуда поступили эти банкноты?

Кевин взял одну и вслух прочитал надпись:

– "Подлежат выкупу через шесть месяцев после признания независимости Ирландской республики". – Он ухмыльнулся. – Согласитесь, полковник, это отличный способ сбора средств. Взамен одолженных ими ценностей людям, которые нас поддерживают, выдаются банкноты. Деньги помогут освободить их страну, а после этого вернутся к ним.

Клей неторопливо кивнул:

– У человека, который додумался до этой идеи, светлая голова, могу за это поручиться. – Он повернулся к Большому Шону: – Этим вечером я разговаривал с сэром Джорджем Гамильтоном. Он считает, что независимость Ирландии невозможна по экономическим причинам, что республика нуждается в покровительстве Англии.

– Ах вот как – в покровительстве? – с горечью воскликнул Кевин. – Если то, что они делают с нами, называется покровительством, то Господь поможет нам, когда мы все окочуримся.

Отец предостерегающе положил ладонь на его руку:

– Попридержи язык. Полковник не знаком с фактами. – Он повернулся к Клею, глаза на большом бородатом лице были совершенно спокойны, так что он походил на какого-то ветхозаветного пророка. – В Ирландии мы все живем с земли, полковник. Все мы – и арендаторы, и помещики – в равной степени.

– Посмотрев на условия жизни некоторых арендаторов, – сказал ему Клей, – я могу понять, что у них есть веские причины для недовольства.

– Землевладельцы по большей части англичане или ирландские протестанты, что в конечном счете одно и то же, – продолжил Роган. – В основном они живут за счет доходов от аренды. Это означает, что у помещиков есть только два способа увеличить доходность своих вложений. Первый – поднять арендную плату. Второй – попробовать поставить на широкую ногу разведение овец или крупного рогатого скота.