На рассвете на Комсомольской площади усатый дворник, подметающий асфальт, увидел на скамейке спящего мальчугана в клетчатой куртке, остановился. Махнул рукой шагающему невдалеке дежурному милиционеру.

Дворник и милиционер остановились у скамейки, смотрели на мальчика, который спал сладким сном, подложив под голову потрепанную сумку. Мальчик, видимо, озяб и свернулся калачиком, зажав руки между коленями.

Милиционер наклонился над мальчиком, толкнул его в плечо. Мальчик открыл глаза, сонно смотрел на милиционера и дворника.

— Выспался? — мирно спросил милиционер.

Мальчик поднялся и протянул руку к сумке.

Милиционер выпятил грудь, поправил широкий ремень на животе.

— Не воображай, что видишь милиционера во сне. Я настоящий. И дворник — тоже.

Мальчик оторопело съежился, осмотрелся по сторонам и вмиг кинулся в кусты. На его пути мелькнула высокая решетка ограды. Он кинулся влево — уперся в стену, бросился вправо — там густой колючий кустарник. Дальше бежать было некуда — тупик. Мальчик остановился.

И тут к нему подошел тот же милиционер и добродушно улыбнулся.

— Зачем убегаешь, зайчонок? Никто тебя не обидит. Приезжий?

Мальчик кивнул головой.

— Пойдем, погреемся. Весь посинел от холода.

Милиционер взял мальчика за руку и повел к вокзалу.

В детской комнате вокзала дежурила молодая женщина Нина Петровна Карпова, которой очень шла милицейская форма с погонами. Она усадила мальчика к столу, налила в стакан чаю из никелированного чайника, подвинула сахарницу и баранки. Мальчик не притронулся ни к чему, отвернув нахмуренный взгляд.

Карпова и милиционер Смирнов вели разговор с мальчуганом.

— Давно путешествуешь? — спросил Смирнов.

Мальчик молчал.

— Отвечай же, — сказала Карпова мягким голосом. — Невежливо молчать, когда старшие спрашивают. Как тебя зовут?

Мальчик шмыгнул носом, ничего не ответил. Смирнов нетерпеливо постучал пальцами по столу.

— Придется задержать, пока не расскажешь, что ты за птица. Так и запишем в протоколе: задержан, как бездомный бродяга.

Мальчик сверкнул обиженными глазами.

— Не имеете права бродягой называть.

— А почему на скамейках ночуешь? — спросила Карпова.

— Я приехал к отцу, — ответил мальчик.

— Почему же он не встретил тебя?

— Откуда ему знать, что я приехал. Он меня не звал.

— А где живет твой отец? — спросил милиционер Смирнов.

— В Москве, — сказал мальчик.

— На какой улице?

— Не знаю.

— Где работает?

Мальчик пожал плечами.

— Мне вообще повидаться с ним надо. Сказали, что он живет в Москве.

Карпова участливо спросила:

— А мама твоя где?

— Давно умерла.

— Как же ты про отца узнал? — спросил Смирнов.

— Люди сказали. Отец и сейчас живой, в Москве находится.

Карпова положила в стакан сахару и подвинула мальчику.

— Возьми баранку.

— Я ничего не хочу, — угрюмо отодвинул он стакан.

— Как же тебя зовут?

Мальчик молчал.

— Д-да! — сказал Смирнов. — Не оригинальный ты сочинитель. «Мама померла, папа живет в Москве!» Разжалобить хочешь?

Карпова перебила Смирнова.

— Выключите, пожалуйста, чайник, товарищ Смирнов.

Смирнов молча выдернул штепсель, сочувственно сказал мальчику:

— Да ты ешь, не стесняйся. Небось голодный. На вот конфету, возьми.

Он достал из кармана конфету, дал мальчику. Мальчик взял ее в руку, но не стал есть. Карпова подвинулась к мальчику.

— Может, тебе наврали, а ты и поверил?

— Не наврали, правду сказали, — настаивал мальчик.

— Откуда приехал?

— Ну, оттуда, где жил.

— Как называется местность?

— А зачем вам? Я не знаю.

Смирнов шумно вздохнул.

— Вот так фокус. Не знает, как называется город, где он живет!

— А может, это деревня? — сказал мальчик.

— Ну, хоть и деревня, есть же у ней название?

— Если бы помнил, сказал бы. Все вылетело из головы.

Смирнов скептически усмехнулся.

— В эту сказку я тоже не верю, — сказала Карпова. — Ты не похож на беспамятного.

— Ваше дело не верить, а я точно говорю. Я вон, это самое, головой ударился в поезде, об полку. Аж искры из глаз посыпались… и память отшибло.