— Завтра в одиннадцать вечера жди меня в сосновом лесу.

— Слушаюсь, мистер Керр, — по-военному ответил Том, и на его лице появилось выражение испуга и тревоги. — Наливать?

— Наливай.

Том молча накачал бензину, налил в бак и, тревожно поглядывая на Джона Керра, несколько раз поклонился, пока машина набирала скорость и выезжала на автостраду.

На следующий день ровно в одиннадцать часов вечера Джон Керр на своей машине появился у соснового леса. Свернув на проселочную дорогу, он остановил машину под деревьями, потушил свет и пошел к условленному месту. Том уже ждал его. Теперь он был еще более перепуган, чем вчера при прощании с Джоном Керром у бензоколонки.

Джон Керр заговорил первым, стараясь придать своему тону дружеское выражение:

— Послушай, Том, я назначил тебе свидание как старый фронтовой товарищ. Я хочу тебе помочь.

— Большое спасибо, — ответил ему Том и машинально поклонился. — Я не думал, что вы еще помните шофера Тома. Это было так давно, мистер Керр, очень давно. Меня потом тоже ранило осколком снаряда. У меня перебита левая лопатка, и я не могу теперь работать шофером, служу на бензоколонке, сэр. Это можно, это легко.

— Вот оно что, дружище. Я как увидел тебя, сразу все вспомнил. — Джон Керр сделал ударение на слове «все» и дружелюбно посмотрел на Тома. — Я ничего не забыл. Когда я увидел тебя у бензоколонки, мне показалось, что ты чем-то опечален. Тебе, видно, трудно живется, Том?

— Мы все так живем, мистер Керр. Все работаем, бываем опечалены. Это пустяки, не стоит об этом говорить.

— У тебя большая семья, Том?

— Жена и трое детей. Самый старший родился через три года после войны. Я ведь не сразу женился, не было денег и работы, а потом все пошло хорошо. Я очень доволен, мистер Керр.

Том говорил искренне и все еще не мог понять, зачем он понадобился мистеру Керру.

— Разве у тебя много денег, Том? Ты, наверное, концы с концами не сводишь и не можешь семью прокормить как следует?

— У других еще меньше денег, — сказал Том. — Но ничего, живем. Вы не беспокойтесь, мистер Керр. Я пойду домой. До свидания.

— Постой! — в голосе Джона Керра послышалась твердость и настойчивость. — Раз я приехал к тебе, значит, ты мне нужен. Я мог явиться в твой дом, но ты знаешь, что у белых существуют глупые предрассудки и мой визит к негру могли бы оценить совсем неправильно.

— Понимаю, мистер Керр, — кивнул головой Том. — Это совершенно так.

— Я не разделяю этих предрассудков, — продолжал Джон Керр, — но должен считаться с таким положением.

Он чувствовал, что негр еще более настораживался от этих слов, и, чтобы не вспугнуть его, сделал паузу. После минутного молчания, снова решил сделать дальний заход.

— Ты слышал, Том, что после войны я стал богатым? У меня очень много денег. Я помню всех своих фронтовых товарищей и всегда помогаю им.

— Это хорошо, мистер Керр, — похвалил его Том. — Бог не забудет ваши добрые дела.

— Я тоже надеюсь, что не забудет, — в тон негру продолжал Джон Керр. — Поэтому я хочу помочь и тебе. Кто хорошо воевал, достоин всяческой похвалы и навсегда заслужил благодарность. Ты был храбрым солдатом, не боялся ни смерти, ни тяжкого труда.

— Спасибо, капитан Керр, — растроганным голосом сказал Том, и его белые глаза сверкнули влажным блеском.

— Фронтовое товарищество для меня всегда было превыше всего, — продолжал Керр. — После того как я увидел тебя в прошлом году у бензоколонки, я не спал много ночей, все думал, чем помочь тебе, Том.

— Зачем вы беспокоились, мистер Керр? Не думайте о Томе.

— Я кое-что уже придумал, Том, — почти ласково сказал Джон Керр и дотронулся до плеча бывшего подносчика снарядов. — Придумал и сделал. Слушай меня внимательно и не отказывайся от того, что я тебе предложу. Это хорошее дело, Том. Это все для тебя и для твоей семьи. Как зовут твоего старшего сына?

Том застенчиво заулыбался.

— Семми, Семюэль, — сказал он. — Очень хороший мальчик, мистер Керр.

— Вот видишь, — сказал ему Керр. — Ты должен заботиться о его счастье.

— Да, да, мистер Керр. Конечно.

— Так слушай же меня хорошенько, Том. У меня есть паровая мельница далеко-далеко отсюда, в штате Иллинойс, где много пшеницы. Я купил ее специально для тебя и хочу подарить тебе и твоему сыну. Это очень хорошее дело, ты будешь обеспечен на всю жизнь, станешь богатым, тебе и твоим детям не надо будет гнуть спину перед белыми.

Том замотал головой и попятился назад с таким видом, будто уклонялся от петли, которую приноравливались накинуть ему на шею.