Но сегодняшняя потаскушка была не из таких. Я даже лица ее не помню.

Секс – это единственное, что помогало моему мозгу отдохнуть. Хотя бы ненадолго расслабиться. Время, когда я могу не думать ни о чем, полностью отдаться основному инстинкту.

Но сегодня мне не хватило разрядки. Перепихон в коридоре с одной из кандидаток в няньки Анджелине не лучшая идея, но он был весьма неплох. Девочка же не зря ждала меня с утра до поздней ночи – я задержался на встрече, поэтому смог провести собеседование лишь ночью.

Собеседование она не прошла.

Такая доступная и скучная. Ничего выдающегося. Массовый проходняк.

Я, наконец, возвращаюсь в свой кабинет и, опустившись в кресло, закидываю ноги на стол. Для полного счастья мне не хватает только сигареты и любимого «сериала».

Как там мой подопытный кролик?

Я расслабляюсь, когда делаю это, ловлю маниакальный кайф. Наблюдаю за своей жертвой. Радость от того, что идиотка, которая посмела разрушить мою карьеру и посягнуть на мою власть, сходит с ума.

Бедная девочка еще не знает, что полнейшее заточение, это только цветочки. Скоро пойдут ягодки, хотя кажется, она уже начала меняться в нужную мне сторону.

Своей фригидностью она оттянула мои планы на целый месяц.

Я мог наблюдать за каждым шагом этой девушки. За тем, как она занимается спортом. Сходит с ума. Моется…

В общем, интересного, на самом деле, было мало.

Я чуть не подавился дымом, когда начал проматывать то, что происходило с ней сегодня. Сейчас девушка спит, но вот если отмотать назад…

Я отматываю запись и вижу, мать ее, пустую комнату. Она выходила. КАК? Как, черт возьми, она это сделала?!

Сжимая зубы от гнева, начинаю пролистывать камеры в коридорах и сразу вижу полную картину произошедшего. Энджи.

Этой сучке удалось выбраться благодаря Ангелочку, но почему она снова оказалась там?! Почему не убежала?

Это редкость, но от любопытства у меня слегка схватывает дыхание.

Жертва ведет себя неадекватно. А это всегда интереснее, чем то, что я уже изучил. Чем то, что я уже видел. Непредсказуемость всегда заводила меня…

Листаю и мотаю видео дальше, пока не натыкаюсь на тот самый коридор, в котором трахал «кандидатку» совсем недавно. На экране я вижу себя.

А если посмотреть с другой камеры?

Блядь.

То, что я вижу, заставляет мой удовлетворенный член резко надавить на плотно застегнутую ширинку брюк.

Это уже…то, что нужно. Наша стерва не так безнадежна, как казалась на первый взгляд.

Тушу сигарету, наблюдая за тем, как подопытная зверушка ласкает себя неумелыми пальчиками, а потом бежит по коридорам, спотыкаясь, трясясь, изнемогая. У девочки уже едет крыша, и это замечательно.

Станем сумасшедшими вместе.

Ощущаю, как тесно становиться напряженному члену в боксерах, когда вижу, как девушка ложиться на кровать, быстро и очень широко разводит ноги в стороны. Стройные, длинные. С изящными коленками.

Качество полное дерьмо. Не такое, как в жизни, разумеется. И это меня злит. Я черт побери, хочу видеть это воочию. Хочу видеть еще ближе…но даже на экране я замечаю насколько она возбуждена.

То, как она ненасытна.

И то, как она кусает свои полные губки, играя пальцами со своей порозовевшей от возбуждения девочкой.

С девственной, невинной девочкой.

Я намерен это исправить.

Я сам не замечаю, как тяжесть в яйцах становится почти невыносимой, и моя ладонь освобождает твердый член из брюк, плотно его сжимая.

Что за хрень? Если я хочу ее, я могу просто использовать ее и все, но это, черт возьми, скучно, и к тому же я уже обещал ее кому-нибудь из своих приятелей.

Деймон. Он любит девственниц. Он бы убил меня за возможность схватить ее, нагнуть раком и взять свое.

Но он не должен забирать то, что принадлежит мне.

Лейла на экране начинает крутить бедрами, помогая себе достичь вершины, и я замечаю, как ее пухлый ротик приоткрывается, и вкушаю ее неудержимые стоны.

– О, да, охх…о, да, – ноги девушки дрожат, кажется, она сама не понимает, что делает.

Желание.

Я не могу не испытывать одержимого желания, глядя на то, как эта мерзкая разрушительница моей жизни ласкает свою малышку, думая обо мне. А о ком еще?

Я – единственный мужчина в ее жизни. Меня она видела в коридоре. Я стану для нее всем. Я стану ее гибелью.