— Что бы вы хотели посмотреть? Или сразу перейдём к отчётам? — любезно предложил замдиректора. Очень активный, невысокий дядечка с пузиком бегал вокруг Наумова словно заведённый, не забывая расхваливать своё предприятие.

— Я хочу осмотреть состояние основных агрегатов и управляющих модулей, — ответил Наумов.

— Без проблем, — покладисто согласился мужчина.

А дальше начался осмотр здания. Наумов изображал заинтересованность, а я поглядывал на экран телефона, но ещё больше на окружающее пространство в поисках невидимки. Похоже, я уже становился неплохим специалистом по электроэнергетике, подмечая некоторые механизмы, знакомые ещё с прошлой ГЭС. Поэтому для меня было небольшим личным открытием, что здесь вместо шести огромных гидроагрегатов располагались аж двенадцать поменьше, причём совершенно другой формы. Эти больше напоминали «солнышки» с стальными колпаками-камерами по центру.

И практически сразу в одном из гидроагрегатов радар высветил фиолетовую точку. Я сделал знак Марку, и придержал Наумова за руку. Раз уж я обещал, что он увидит весь процесс поимки, то собирался сдержать своё слово. Мы остались стоять возле гидроагрегата, в то время как наши копии, созданные Марком, продолжили идти дальше по залу вместе с замом директора электростанции.

— Как? — слегка опешив спросил шёпотом Наумов.

— Иллюзия, — ответил я. — Гремлин засел в этой штуке.

Мы подошли к гидроагрегату и заглянули в окошко.

Фиолетовый сгусток энергии летал по кругу вместе с винтом трансформатора. Удивительно, что никто из рабочих его до сих пор не заметил.

— И как ты его оттуда достанешь? — с интересом спросил Наумов, оглядываясь по сторонам. — К тому же, здесь полно людей… Или они все видят иллюзию?

— Все, — подтвердил я.

— А камеры? На них иллюзия действует?

Я уже задавал этот вопрос Марку и получил интересный ответ: люди, смотрящие на нас через камеры, видят на экранах иллюзии, но на запись они не попадают. Поэтому всё время, пока мы шли по залу, я на всякий случай выключал все камеры, до каких мог дотянуться своей способностью.

— Они уже выключены, — отмахнулся я.

Электрическое лассо с лёгкостью прошло сквозь смотровое стекло, но фиолетовый сгусток неожиданно дернулся в сторону и увернулся. Я тут же создал второе лассо, затем третье, и только с четвёртого раза ухватил гремлина. К счастью, в состоянии Хаоса они не обладали развитым сознанием и не проявляли особой хитрости в попытках убежать. Но даже будучи пойманным, гремлин продолжил дёргаться в бесплодных попытках вырваться из захвата и даже немного попискивал.

Я достал телефон, положил на пол и переправил в него гремлина. С тихим звуком «пуф» телефон выпустил дымок и сгорел, а гремлин исчез, вызвав появление системного сообщения:

Задание «Соревнование по отлову гремлинов» (счёт 1/0).

— И это всё? — искренне удивился Владимир Ильич.

— Я бы сказал, «как же хорошо, что это всё», — поправил я, забирая с пола телефон. — Пойдёмте займём место иллюзий.

На самом деле я был просто счастлив, что в кои-то веки всё прошло без проблем. Прямо как в старых добрых компьютерных играх — пришёл, забрал квестовый предмет и пошёл дальше. Всегда бы так.

Экскурсию мы закончили минут за десять. Поблагодарив замдиректора электростанции, Наумов попросил его отправить все документы по почте, и обещал обдумать возможность инвестиций.

Мы с Марком слегка нервничали из-за бесполезной траты ценного времени, но дёргать его не стали, понимая, что какие-то приличия всё-таки нужно соблюсти. А следующим на пути у нас был аэропорт и гремлин, засевший в одном из зданий, связанных с предоставлением информации садящимся самолётам. Скорее всего, это была диспетчерская вышка, но может и какие-нибудь другие части коммуникаций, это нам ещё только предстояло выяснить.

Но планы планами, а реальность внесла свои коррективы. На полпути к аэропорту нас настигло ещё одно системное сообщение:

Задание «Соревнование по отлову гремлинов» (счёт 1/1).

Из списка объектов исчез автомобильный завод, к которому мы как раз и направлялись.

— Да эти тёмные вообще что ли не спят?! — в сердцах возмутился Марк. — Как они успели-то?!

[1] Стигматы — кровоточащие раны, самопроизвольно появляющиеся на телах религиозных подвижников.

Мы посигналили едущим впереди машинам, чтобы они остановились, и сообщили Наумову, что планы меняются и теперь нам остаётся посетить всего одно место — самое дальнее, и самое непредсказуемое. Как ни странно, ехать нам предстояло в тот же аэропорт, поскольку Наумов уже договорился там об аренде вертолёта. Была опасность встретиться там с тёмными, но вроде бы, по словам Владимира Ильича, вертолётная площадка находилась в стороне от основной территории аэродрома. Никогда не летал на вертолёте, и, если честно, не особо горел желанием. Не то чтобы я прям боялся, просто был совершенно равнодушен к полётам, а вот Марк выглядел взволнованным и радостным, когда впереди появились взлётные полосы и стоящие на них самолёты.