Охрана у генерала тоже была непростая. На всех необычная броня, покрывающая практически всё тело, а в руках, если мне не изменяет память, винтовки «E-pulse 44». Богатенькие солдатики, нам такие только на фотографиях показывали. Не готова ещё Федерация таким богатством вооружать «мясо». И я сейчас не про штрафной полк. E-pulse 44 или просто «пульсы» были очень интересным оружием. Они неэффективны на длинных дистанциях, требуют более аккуратного обращения, гораздо сложнее в производстве, да и скорострельность оставляла желать лучшего, но все эти недостатки компенсировались всего двумя качествами. Пульсы стреляли какими-то электрическими импульсами, я в науке не силён, поэтому не до конца понял, что это такое. Зато понял, что эта хреновина может валить жука-война с двух-трёх выстрелов и палить практически бесконечно. Вроде там ещё был режим повышенной мощности, что сильно изнашивает оружие, зато даёт стрелять словно из мориты.

Сначала командование Федерации хотело перейти на такие во всех войсках, но прихотливость оружия и дорогая стоимость производства поменяли все планы. За один пульсовик можно было выпустить около сорока морит. Неплохое соотношение.

Повесив автомат на шею и оставив его болтаться на груди, я взвалил себе на спину самого здорового бойца. У него было сотрясение, взводный медик генерала остановил кровь и сказал мне тащить его внутрь, пока он осматривает остальных. Ещё повезло, что санработник уцелел. Может никто не погибнет.

В следующую секунду труп «кузнечика», подстреленный кем-то из охраны генерала, упал сверху и раздавил одного из солдат. Словно на виноградину наступили. Из груди против воли вырвался смешок. Хорошо, что никто его не заметил. Если капрал не вызывал сомнений в своей опытности, то остальные только пытались казаться уверенными. Дёрганные движения и тремор рук и ног, всё это выдавало их страх и неуверенность. Раньше-то небось всё в штабе просиживались, а сейчас такое. Они ещё не успели привыкнуть к тому, что здесь постоянно кто-то умирает и из их друзей выживут от силы треть, если не меньше.

Медик успел собрать несколько носилок для самых тяжёлых случаев, всех остальных пришлось тащить нам на своём горбу. Как назло, всё раненые были здоровенными амбалами, хотя в отряде было много и небольших бойцов, не говоря уже о девушках.

У входа в кинотеатр нас уже ждали. Десяток человек во главе с Солом заняли позиции по бокам, открывая для нас проход. Внутри ждало много гражданских, готовых помочь таскать людей или снова баррикадировать дверь. Со второго и третьего этажа продолжали звучать выстрелы.

Хотелось скинуть тело со спины, словно мешок, но удалось удержать себя в руках. Пристроив раненого в одном из залов ожидания, я отправился наверх. Пусть Сол болтает с генералом. Тот ему быстро разъяснит, что будем делать. Надеюсь, Брэдли решит остаться здесь. Если он решит уйти, то может легко забрать всех солдат, оставив беззащитных людей одних. Эта простая мысль вылила на меня ушат ледяной воды. Вспомнились слова капрала о том, что нужно любой ценой защитить генерала. Сейчас он в безопасности, но мы находимся в зоне, подконтрольной жукам. Арахниды продолжат нападать, а чем больше людей, тем больше тварей прибежит. С гражданскими мы точно не пройдём и километра, как нас всех перебьют, а вот подготовленные морпехи ценной своей жизни, точно смогут довести генерала до позиций людей.

— Де**мо.

Надеюсь, Брэдли так не поступит. И всё, что о нём говорят, не просто байки и слухи.

Поднявшись на третий этаж, наблюдаю, как несколько морпехов пытаются скинуть вниз труп «кузнечика». Было забавно наблюдать, как солдаты стараются не испачкаться в ихоре жука. Кровь насекомых была крайней вонючей, а попадая на открытую кожу вызывала неприятный зуд и раздражение. Уже после пары боёв начинаешь сторониться даже останков арахнидов.

— И после смерти гадите, твари.

Присев недалеко от разворачивающейся сценки, осматриваю остальных бойцов. Усталые, грязные и голодные. Гордость и опора Федерации. В голове сразу промелькнул рекламный ролик, призывающий всех вступать в армию и отдать свой долг Земле. Не такого все мы ждали, когда шли в военкомат. Я потерял всех знакомых, срок службы увеличился втрое, а шансы на выживание упали до минимума. Тяжёлый выдох вырвался сам собой. Было грустно осознавать, что я сам себя обрёк на это. Повезло же всяким мелким говнюкам родиться в богатой семье или в семье с родителями, что отслужили.

Мои размышления прервало покашливание рядом.

— Не помешал, рядовой?

Капрал из охраны генерала стоял рядом.

— Конечно нет, сэр.

Как только я хотел встать, он махнул рукой, присаживаясь рядом. Вытащив из кармана разгрузки пачку сигарет, он предложил одну мне.

— Настоящие, попробуй.

— Я, сказать по правде, никогда не курил, но ведь один раз живём.

Взяв в руки сигарету, принюхиваюсь к ней. От маленькой палочки исходил терпкий и горьковатый аромат. Там, где начинался фильтр, меня встретил приятный запах каких-то фруктов.