– Хочешь?

– Ты должен уйти. Пожалуйста.

– Ты не ответила. Хочешь?

Я плотно сомкнула губы, чтобы из них не вырвалось уверенное и ужасно нелогичное «да».

Да, хочу, но…

Но тебе не скажу!

Если он уйдет, я мгновенно сделаю это сама, даже не полезу за смазкой.

Она мне не будет нужна совершенно, потому что к своему стыду у меня между ног какое-то влажное грехопадение намечалось!

– Отпусти!

– Отпущу, – кивнул согласно и прижался крепче.

Твердый, стальной член толкнулся в мое бедро.

– Если ты отпустишь монстра на свободу и приласкаешь его.

– Я не умею! – сглотнула я, мгновенно вообразив, что Адам настаивал на минете.

– Я тебя всему научу, – доверительно шепнул мне на ушко. – Поделюсь своими секретами, а ты поделишься своими. Каждым из них… Тебе понравится со мной делиться. Всем. Выслушаю без осуждения…

Ооооох…

Его губы заскользили от уха к щеке, а потом поднялись обратно, жарко обвевая частым дыханием. Я чувствовала, как он возбужден, как часто дышал. Крупная, твердая грудная клетка ходила ходуном, его тело было как раскаленный камень, который придавил меня своим весом и удерживал в плену.

Сладко-порочный плен…

Как не сойти с ума?!

– Я не хочу знать твои секреты, Адам. И не думаю, что стану делиться моими.

– Ты со мной поделишься. Ты даже не поймешь, как это случится, – пообещал он и ласково подул на мои губы.

Я автоматически распахнула их, чтобы возмутиться и ответить, а он умело воткнул мне в рот свой язык и начал потрахивать меня им.

Ох… Ах… Хватит!

Но этого ему оказалось мало. Адам перехватил мой язык и начал его сосать, как чупа-чупс, облизывая, покусывая.

Боже! Ааааах…

Меня затрясло.

Адам снова отпустил мой рот и спросил еще более низким, хриплым голосом:

– Хочешь спать?

– Я…

Я глупо захлопала ресницами, посмотрела на большие часы на стене, но размягченный, плавающий, как малинка в желейном сливочном соусе, разум не смог распознать цифры. Тарабарщина какая-то!

– Я могу заигрывать с тобой ночь напролет. До самого утра. До полного твоего пробуждения. До той минуты, как тебе нужно будет вставать. К этому мигу простыня под тобой промокнет от соков твоей кисуни, но ты будешь измучена. Потому что кончить я тебе не дам.

– Это шантаж! – задрожала я.

– Самый грязный! – согласился Адам. – Еще грязнее будет то, что я стану вытворять с тобой, но не давая прийти к финалу. К тому часу, как надо будет открывать глаза, ты едва успеешь их сомкнуть, потная, липкая от своих соков и… моей спермы!

– Что?! Нет, не смей!

– Я буду кончать на тебя… Ты можешь себя сдерживать, а я не стану.

Он решительно перенес вес ладони с моей промежности на свою вздыбленную ширинку и расстегнул пуговичку на джинсах. Не без усилий чиркнул молнией, и от этого «вжжжжик» я начала сжиматься. Там, внизу…

Адам немного поерзал, пошуршал одеждой и вновь прижался ко мне, но теперь уже обнаженным членом. От соприкосновения этой большой, горячей штуковины с моим телом, я испустила новый стон – настолько громкий и откровенный, что прятаться за ширму «он мне не нравится» больше не смогла.

Ширма осталась, но словно стала совсем прозрачной и утратила свое предназначение.

– Ну что, скажешь, Эва? Порадовать кисуню? Дать тебе полетать перед сном? Или продолжить истязать тебя… На этот раз крепче и основательнее!

Адам двинул бедрами, проехался членом по моему бедру. Я ощутила, что конец его члена потек смазкой.

– Я на такое не согласна!

– Тогда соглашайся на обмен энергиями…

– Красивое название для…

Договорить я не смогла от шока. Потому что Адам обхватил мою правую ладонь пальцами и вдруг шмякнул у меня же между ног, просто разместил, надавил и провел вверх-вниз.

– Чувствуешь, какая щедрая у тебя кисуня? Сколько смазки напрудила… Голодная, отзывчивая, что мой конец по тебе тоже смазкой изошелся.

Я потрясенно трогала себя, даже чуть-чуть надавила пальчиками там, где было всегда лучше всего.

– Стоп! – строго оборвал Адам. – Наглядная мастурбация будет позднее, а сейчас просто дай сюда свою ручку. Дай свою ладонь!

Он притянул ладонь на свой член и сомкнул пальцы, придержал. Я ахнула, схватившись за толстый, напряженный, пульсирующий ствол. Немного скосила глаза: красивый, толстый стержень с крупной влажной головкой. Идеальное сочетание…

Между ног запульсировало сильнее.