Жорку надо выручать. Понятно, что нового специалиста сейчас ему не кто не родит, будь даже в нашей партии женщины, но придумать выход можно. Я думаю, что справится с магнитометром в моих силах, конечно под надзором и контролем опытного геофизика. Ничего там сложного в принципе нет, снимай и записывай показания, расшифровывать и обрабатывать их мне не надо. Я не альтруист, но эту эпопею с исследованием болот надо заканчивать, все устали, а я ещё и постоянно на нервах.

Моё предложение Жору обрадовало, чуть не в ногах валялся от благодарности. Ну это и понятно, для Жоры я последняя надежда.

Снова мы на болоте, только уже вдвоём. Жорка тащится в «деревяшке» я за рулём лодки. Несколько дней уже мучаемся. Именно мучаемся, спокойной работой это назвать сложно.В рыбацкой лодке, Жорке приходится справляется самому, на островках к работе подключаюсь я. От частых рывков и от попаданий в кустарник, трос часто рвётся, он уже стал короче почти в два раза, что не добавляет комфорта начальнику партии, ведь в корме аэролодки установлен винт, который задувает в деревянную лодку мусор и брызги воды, да и постоянный, мощный, напор воздушного потока делает пребывание в лодке тем ещё испытанием. Но Жорка почти счастлив. График мы постепенно нагоняем.

Сегодня для меня будет первое серьёзная проверка нервной системы. Мы приближаемся к острову сектантов, и значит к сломанному порталу. Скрыть или обойти этот остров не получится, он самый крупный из известных мне на болоте, да и на Жоркиной карте обозначен. Ночевать мы сегодня будем именно там.

— Всё. Шабаш Жора. На сегодня надо закруглятся, переночуем на острове с брошенной деревней. Завтра снимем на нём показания и дальше двинем. — сказал я, когда деревянная лодка в очередной раз по инерции догнала аэролодку.

— Да. Надо отдохнуть, у меня уже от постоянного ветра в лицо глаза не открываются — устало согласился со мной Жора.

— Ты хоть скажи мне, мы не зря тут мучаемся? Нашли чего ни будь? Может стоит увеличить расстояние между точками съёма показаний? А то такими темпами до зимы будем по этой луже шляться.

— Ты знаешь, на болоте вообще что-то странное творится. Как будто тут вообще нет ферримагнитных пород. Отрицательная магнитная аномалия. Я бы подумал, что магнитометр сломался или калибровка сбилась, но у нас их три, два ручных и один оптико-механический, все три никак сломаться не могли. Причем по берегам болота картина совсем другая, есть выходы магнетитсодержащих породы, незначительные, но есть. И на островах наличие металлических руд обнаруживается, довольно хорошо видимые.

— И что это значит? — напрягся я. На островах я эти аномалии сам закапывал, они и стрелять, и взрываться умеют, породы эти.

— Да всё что угодно. Может полость под болотом есть, может какая-то порода экранирует, а может у меня руки кривые. Это Макс у нас по магниторазведке спец был. Он даже диссертацию кандидатскую пишет на тему магниторазведки и сюда приехал, чтобы материал набрать. Соберем данные, в институте будем думать и обрабатывать. Но это всё не быстро, несколько лет займёт. Макс и кандидатскую, и возможно докторскую защитить успеет.

— Ну так, что, как прежде идём? Честно говоря, у меня уже сомнения появляются, выдержит ли лодка и мотор. Сам удивляюсь как до сих пор ничего не сломалось.

— Да, наверное, надо увеличивать интервал, и Макс мне об этом говорил. С островом закончим и пойдём быстрее, если какие-то отклонения будут, будем останавливаться и работать плотнее.

Остров с деревней Жорку не удивил, подумаешь, ещё одна брошенная деревенька, он таких за свою практику десятки по тайге насмотрелся. Главное дрова есть, твердая почва под ногами и относительно сухо. Мы разбили лагерь, поужинали и мой напарник сразу же завалился спать. А вот мне, несмотря на зверскую усталость не спалось.

Отрицательная магнитная аномалия, один из признаков нефтяного или газового месторождения, а это значит, что экспедиция геологов не последняя. Будут сюда они кататься не один год. Вначале просто такие же партии, а потом дело дойдёт и до разведочного бурения, будут мостить гати, тащить буровые установки и это место станет довольно оживленным. В таких условиях скрыть тайну порталов у меня вряд ли получится. Так может быть имеет смысл «случайно» найти сломанный портал вместе с Жорой? Или всё же повременить? Выиграть немного времени. Много не получится, но несколько лет относительно спокойной жизни выиграть можно. А потом меня всё же возьмут за жопу, даже если я переду с женой в другое, более спокойное место. Как так получилось, что в моё время об этих «вратах» никто нечего не знает? Или всё же знают, а буровые вышки только прикрытие для спецслужб? В итоге я решил положится на волю случая. Ничего завтра не буду делать для того, чтобы увести лодки от портала. Найдем портал, да и хрен с ним, а не найдём, значит не судьба. Поведу караван туда куда Жорка укажет.

Утро вечера мудренее, хорошая и правильная пословица. Я проснулся почти спокойным. Решение принято. Будь что будет.

На острове мы задержались всего на пару часов. Жорка снимал показания, бегая то к теодолиту, то к магнитометру, не забывая записывать показания приборов и наносить обозначения на карту, я же двигал треноги по его указанию. Работа как работа, уже привычное для меня дело. Только вот моё душевное спокойствие, продлилось не долго. На островке кто-то побывал до нас.

Уже знакомые мне шурфы и траншеи, вырытые сапёрами. Место стоянки большого лагеря, по виду армейского, всё почти так же, как и на острове диверсантов, только искали видимо не так тщательно. Несколько домов разобрано до основания, в церкви вскрыты полы. Сказав Жоре, что мне нужно в туалет, я быстренько метнулся к захоронке с оружием и облегченно вздохнул, до моего тайника незваные гости не добрались. Но сам факт того, что остров кто-то активно занимался раскопками очень тревожный. Это сто процентов коллеги погибшего полковника, а значит и разбитый вертолёт, скорее всего уже найден.