Еду медленно и аккуратно, все, даже самые маленькие кочки объезжаю. Иван со своими архаровцами не знает на что способна аэролодка, ну вот пусть и остаются пока в неведении. Рядом на кресле устроился Иван, один камуфляжный на корме, второй возле мотора, его ствол автомата время от времени упирается мне в спину, при рывках лодки. Уже несколько часов идём, а он всё бдительность не теряет сволочь. В лодке шумно, не поговорить, но это и хорошо, нехер им между собой переговариваться, а у меня есть время спокойно подумать, не отвечая на дурацкие вопросы Ивана.

Куда я еду, пока сам точно не знаю. Есть у меня на примете несколько мелких островков, которые оборудованы тайниками с оружием. Сколько мне до них идти я рассчитать не могу, остановимся на ночь возле того, который будет ближе. Ну а завтра… Если я ничего за ночь не придумаю, пойду в глубь болота. Эти уроды за уровнем топлива не следят, буду идти пока не встану, потом постараюсь разбить рацию и умру героем, как великий Сусанин. Ну это конечно только мои влажные фантазии, умирать мне, даже со звездой героя на груди не хочется, да и нельзя.

Моё физическое состояние оставляет желать лучшего. Всё тело болит, подташнивает иногда, нужно время что бы немного прийти в себя. Сотряс я точно заработал, пару раз мне по башке нехило досталось, лицо опухшее, глаза превратились в узкие щёлки. Я в таком состоянии и против одного не выгребу, а в лодке их трое и все с оружием. Мои же ружья сейчас валяются где-то в болоте, недалеко от того места, где стояла лодка, но оружие всё же в лодке есть. Мой тайник, в котором ждёт своего часа «Вальтер» находится под мотором, вскрыть его и достать пистолет можно за несколько секунд, да вот только как мне туда добраться я, так и не придумал пока. Из минусов ещё и наручники. Обычные, цепные БРС, которые все оперативники знают и умеют ими пользоваться. Открыть их в принципе не проблема, даже с учетом того, что защёлкнут фиксатор, нужно только время и, хотя бы спичка или кусок проволоки.Самое простое — открыть наручники без активного фиксатора. Найти его можно как правило на плоской поверхности наручников снизу от замка. Если рычажок фиксатора не утоплен в дырку, значит фиксатор не активен. На некоторых моделях он и вовсе отсутствует. И в том, и другом случае схема закрытия наручников следующая: зубцы подвижной части входят в контакт с захватом, падает собачка и наручники закрываются. Когда вставляется ключ он поднимает собачку и механизм открывается. Поэтому можно поддеть собачку вручную, просунув проволоку между зубцами наручников и захватом. Тут главное себя не жалеть, захлопнуть наручники до самого конца, даже если больно, так у тебя будет больше возможностей для работы. Если наручники имеют активный фиксатор, то его нужно отключить, иначе замок не будет поворачиваться. Для этого нужно вставить проволоку в замок и, нащупав его, повернуть против часовой стрелки. Поворачивать нужно чрезвычайно аккуратно, в противном случае фиксатор вновь может сработать. Убедившись, что фиксатор снят, можно переходить к замку. Или тем способом, про который я раньше говорил или же, так же проволокой, уже по часовой стрелке следует сдвинуть язычок замка для открытия самих наручников. В моем случае, можно и руль управления лодкой снять, тут только одна гайка с фиксирующей шпилькой, но нужен гаечный ключ, которого у меня под рукой тоже нет.

Никто меня не хватится и на помощь не придёт. Для друзей и жены, я уехал надолго, и они ещё не скоро меня хватятся. Рассчитывать на то, что Жорка потеряет меня и нового геолога не приходится, эти орлы наверняка придумают, что ответить на запрос по рации, он на нашей волне плотно сидят. Они же и сообщили Жорке о том, что новый участник экспедиции ждет доставки в Каменногорске. Я даже ту падлу, которая дезинформировала начальника партии лично знаю, радист сидит прямо передо мной.

Мы остановились на обед. Надо перекусить и оправица. Я тяну время, поэтому сам предложил перерыв Ивану. Он тоже не против.

Из еды у нас только консервы, и сухари, которые в своих рюкзаках принесли камуфляжные. Мне досталась банка кильки в томате, открытая Иваном, а вот ем я руками, вилки и ложки мне не положено. Едой распоряжается радист, который сидит на корме, он и поел первым, а затем, взяв меня на прицел автомата, передал рюкзак с едой Ивану, и теперь едим уже мы втроем.

— Долго ещё до твоего острова? — Иван опять превратился в буку, сидит хмурый, жрет сайру.

— Ещё далеко, через три часа станем на ночевку, а завтра к обеду должны быть на месте — я отвечаю нейтрально, мне его злить сейчас нельзя, только в себя от побоев стал приходить.

— Как ты в этом гадюшнике ориентируешься? Тут же всё одинаковое. Куда не глянь, одна грязь и камыш.

— Привык. Я тут часто мотаюсь, вроде и одинаковое всё, но приметы есть, по которым ориентироваться можно. Ну а когда начинал, по компасу ориентировался.

— Нахрена тебе это болото? Тут же ловить нечего, конечно кроме неприятностей — Ванька весело ржёт. Ну да, шутка очень смешная, только мне не до смеха, но я вежливо улыбаюсь в ответ. Ничего, я тоже посмеюсь, когда тебе не смешно будет.

— Через болото самый близкий путь на мой охотничий участок, в обход на несколько дней дольше получается, вот я и заморочился с этой лодкой. Это уже третий вариант. Первый совсем никудышный был, вторую лодку об вертолет разбил, вот теперь себе эту сделал — поддержал я разговор. Пусть издевается, я сейчас пока всё стерплю. Я белый и пушистый, всего боюсь, и зла не замышляю, пугай меня ещё Ваня, а я сделаю вид, что боюсь. Хотя, чего самому себе то врать, боюсь взаправду, до дрожи в коленка, но не за себя, а за Аленку и мужиков, которым не посчастливилось стать моими друзьями. А вот за себя я спокоен, приходилось уже умирать, дело привычное, никаких чувств кроме лютой злобы не испытываю.

Поев мы продолжили путь. Скучно и однообразно. Идём на предельно маленькой скорости, до островков уже не далеко, а солнце и не думает садится, нужно тянуть время.

Когда начало темнеть, я уже почти потерял надежду, на то, что удастся причалить хоть к одному из островков на которых есть мои захоронки, большинство из них уже осталось позади. Как время ни тяни, а лодка всё же движется вперёд. Впереди последний клочок суши с тайником, дальше только открытое пространство непроходимого болота.