– Да, господин.

– Тогда веди их.

Опцион вернулся к своим людям и вскочил в седло, прежде чем прокричать на всю рыночную площадь: - Мы выступаем в Лондиниум. Попрощайтесь в последний раз.

Макрон про себя выругал ветерана за столь грубый выбор слов. Затем он схватил Петронеллу за руки, и они крепко обнялись.

– Спасибо, что ты выбрала меня, - сказал Макрон.
– Ты единственная женщина, которую я когда-либо хотел.

Она еще крепче прижала его к себе и тихо сказала ему на ухо:

– Простое «Я люблю тебя» вполне бы подошло. Ты останешься в живых, слышишь меня? Или я натравлю на тебя Кассия.

Она поцеловала его в шею, затем отстранилась и взяла у него узелок. Макрон повернулся к Парвию, и мальчик вдруг качнулся вперед и обнял его. на мгновение Макрон замер от удивления, а затем прижал его к себе.

–  Береги себя, парень. Я увижу тебя позже.

Он отошел немного в сторону, и принял официальную позу и тон, обращаясь к мальчику.

– У тебя есть приказы. Удостоверься, что ты выполняешь их как хороший солдат.
– Он отсалютовал, и Парвий радостно улыбнулся, прежде чем взять поводья мула и поводок Кассия. Петронелла продолжала стоять.

– Вам пора идти, - твердо сказал Макрон.
– Вы должны пойти первыми, чтобы подать пример. Остальные последуют за вами. Иди, любовь моя.

Она двинулась к всадникам с Парвием, собакой и мулом. Еще другие женщины с детьми последовали за ней. Макрон подождал, пока его жена и мальчик растворились в тумане. Остальные люди исчезали вслед за ними. Он оглянулся на мужчин, провожающих их, и почувствовал их горе. Затем он увидел приближающегося Аполлония с Клавдией и Луцием рядом с ними и приветственно помахал рукой. У Клавдии на одном плече была перевязь, а на другом висела большая сумка.

– Пусть Фортуна сопутствует тебе, Макрон, - сказала она. – Да, сохранят тебя боги.

– Мы будем в порядке. Обязательно передай мои приветствия Катону, когда увидишь его в следующий раз.

– Ты сможешь сделать это сам, когда придет время.

– Я сделаю именно так.
–  Макрон улыбнулся. - Тогда до этого времени.

Она кивнула, и они обменялись понимающими взглядами, прежде чем Макрон присел на корточки перед Луцием.

–  Помни, парень. Держи острие меча вверх.

Луций ухмыльнулся.
– Я продолжу тренироваться, когда мы окажемся в Лондиниуме. Ты увидишь, насколько я стану лучше сражаться, когда ты вернешься, дядя Макрон.

– Я с нетерпением жду этого.
– Он нежно взъерошил волосы мальчика, прежде чем встать.

– И не забудь поработать над своей риторикой, - сказал Аполлоний.
– Я проверю тебя, когда мы снова продолжим наши уроки.

Клавдия положила руку на плечо Луция.
– Давай, догоним Петронеллу и Парвия. Я сейчас тебя догоню!

Луций быстро помахал Макрону, а затем умчался прочь, в то время как Клавдия старалась не отставать, делая вид, что никак не может угнаться за мальцом.

Мгновение двое мужчин смотрели на проходящую мимо колонну эвакуируемых, затем Макрон откашлялся.
– По крайней мере, в Лондиниуме они будут в безопасности. Мы теперь сами по себе. Давай заставим парней работать.

******

Остаток дня ветераны и другие оставшиеся мужчины трудились над раскапыванием последнего участка внешнего рва и скидывания вырытой земли в виде вала за ним. Два дома и пекарню, которые были построены над канавой, нужно было снести первыми, а владелец был первым человеком, который замахнулся топором на обмазанные стены, прежде чем в бешенстве бросился на него, разрушив свой дом и бизнес, чтобы не позволить колонии попасть в руки восставших. Другая работа началась по сносу зданий вне оборонительных сооружений. Ульпий возглавил партию, работавшую над крепостным валом, утрамбовывая почву в бревенчатом фундаменте, пока они наращивали высоту перед возведением деревянного частокола. В вал были вбиты заостренные колья, наклоненные вниз, в качестве еще одного препятствия для злоумышленников. В берега и русла рек были вбиты новые колья к северу и югу от колонии.

Тем временем Аполлоний организовывал оборону храмового комплекса, возводя стену и выстраивая палисад, проходящий вдоль внутреннего расположения стен, в то время как Макрон взял на себя командование над группой ветеранов, работающих над выкапыванием перед валом «лилий»: ям глубиной в полметра с вкопанными кольями на дне, которые затем накрывались решетками из веток, покрытыми листьями и рыхлой почвой, чтобы захлопнуть ловушку. Он предпочел бы использовать «вороньи лапы», но все запасы этого оборонительного оружия в провинции были востребованы для нужд армии, действовавшей на западе.

Когда сгустились сумерки, с вершины сторожки раздался крик.

– Всадники замечены на севере!
–  Дозорный указал своим копьем, чтобы точно указать направление.

– Это Сильваний и его люди?
– спросил Макрон.

– Не могу сказать, господин.

Подбежав к сторожке, он поднялся по внутренним лестницам и двинулся к зубчатой стене. Действительно, примерно в трех километрах от них вдоль невысокого хребта, возвышающегося над подходами к Камулодунуму виднелись всадники. Мгновением позже в поле зрения появилась группа колесниц. Больше никаких сомнений в принадлежности всадников не оставалось. Аполлоний поднялся и присоединился к нему.