Позже, скрываясь от ищеек Пенса (и, как оказалось, заодно и от имперских сыщиков), я много всевозможной информации по нему нарыл. Оказалось, что он тот ещё любитель устраивать гадости Раве. Нередко засвечивался в разных нехороших ситуациях. Некоторые деяния с его участием намекали, что при необходимости он чуть ли не войско многотысячное способен собрать.

Если Пенс действительно решил прихватить меня посреди нищего квартала, нам понадобится больше сил.

Гораздо больше.

* * *

До места, на которое указывал Хит, добраться не удалось. Да мы даже половину квартала, что тянулся перед грязной улицей, не преодолели.

Потому что на нас напали сразу, как только фургон в сопровождении всадников заехал в тень от ближайших высоких развалин.

Жизнь меня научила без промедления реагировать в ситуациях, чреватых членовредительством. Вот и сейчас уши только-только уловили первый характерный звук удара спущенной тетивы, а сознание, не теряя ни мгновения, обратилось к ПОРЯДКУ.

Нестабильный щит Хаоса

Эффективность навыка спорная, потому как не соответствует его описанию. ПОРЯДОК частенько что-то путает, что-то недоговаривает, или даже лишнее обещает. Но здесь я точно знал, что умение весьма помогает именно при обстреле.

Потому и применил его, не задумываясь.

Помощник дознавателя, только что сообщивший мне, что у них всё под контролем, вскрикнул, дёрнувшись. Его лошадь тут же заржала, вздымаясь на дыбы. И всё это под аккомпанемент специфических звуков ударов. Звуки эти легко опознает тот, кто хоть однажды слышал, как тяжёлая стрела на высокой скорости вонзается в живую плоть.

Второй помощник, прикрывавший с другой стороны, мог неприятно удивить стрелков, потому что под плащом прятал хитрую кирасу из крепкого металла. Я случайно доспех заметил, когда он одежду поправлял.

Но нет, не удивил. Звякнуло, хрустнуло, и вот он уже валится из седла, голова его прошита насквозь длинной стрелой с чёрно-белым оперением.

Я, не жалея лошадь, врезал шпорами, с силой потянул за уздечку, поспешно направляя животное под ближайшую стену, которая нас прикроет хотя бы с одной стороны. Но как ни торопился, не успел. Пятой точкой ощутил, как в конские бока впиваются стрелы, и тут же увидел, как одна прошивает голову возле уха, а другая впивается в шею.

Эти ранения оказались не просто серьёзными, а молниеносно-фатальными. Лошадь умерла в одно мгновение, стоя. И мне пришлось проявлять чудеса скорости и изворотливости, высвобождая ноги из стремян и отпрыгивая в сторону, дабы не оказаться придавленным тяжёлой тушей. Дополнительную сложность создавало то, что навык Хаоса не гарантировал неуязвимость, следовательно, никоим образом нельзя облегчать жизнь вражеским лучникам. То есть я не просто, так сказать, покинул тонущий корабль, я постарался при этом не распластаться в грязи без движения, а также использовал единственное доступное укрытие.

Укрытие ненадёжное, потому как в его роли выступали помощники дознавателя и их лошади. Один уже, собственно говоря, ничего не прикрывал, второй, несмотря на несколько стрел, вонзившихся в него там и сям, всё ещё держался в седле, и даже пытался вытащить меч из ножен.

Всё это произошло в считанные мгновения. Две-три секунды, и лошадь подо мной убита, у прикрывавших меня помощников дознавателя тоже дела не очень хороши. А между тем злодеи, это устроившие, даже не думали останавливаться. Заблаговременно активированный режим «энергетического зрения» там и сям показывал нехорошие завихрения, что возникают на пути необычно-быстрых увесистых объектов. На узкий переулок ежесекундно обрушивались десятки стрел. Лучники, засевшие в развалинах с обеих сторон от нашей невеликой колонны, работали быстро и метко. Краем глаза я видел, что от стражников, расчищавших дорогу, по сути, никого не осталось. Те, кто всё ещё держатся в сёдлах, делают это только потому, что не определились с направлениями падения. Там и сям носятся обезумевшие от боли и страха кони, через их хоровое ржание пробиваются болезненные крики. Связных команд не слышно, Хит Эр Зоппий непонятно где. Нападение слишком быстро выбило многих из наших. Возможно, руководить сейчас попросту некому.

И ещё я понял, что всерьёз рассчитывать на навык не стоит. Не настолько он хорош, чтобы спасти в таких условиях. То, что шкура до сих пор не обзавелась лишними отверстиями — великое чудо. Стрелки, действующие против нас, явно не дилетанты. Запусти их на школьное испытание, вряд ли я бы там сумел выбиться в лидеры. Едва успел слететь с лошади, как в седло вонзились одновременно три стрелы, а четвёртая прошла так близко, что задела оперением скулу. Не останавливаясь ни на миг, я прокатился по земле, и, хитро извернувшись, изменил направление, бросившись уже не к стене, а вдоль неё.

Что происходит за спиной, видеть не мог, зато прекрасно слышал, как гулко вонзаются в грязь стрелы. И энергетические возмущения подсказывали, что я в последний момент разминулся со смертью. Будь у противников огнестрельное оружие, это всё, смерть верная. Меня пока спасало лишь то, что луки неспособны работать со сверхзвуковыми скоростями. Резкие смены направления бегства не позволяют отрабатывать точно в цель. Но понятно, что как ни крутись, выжить здесь нереально. Враги в этом деле не новички, и, покончив с прочими целями, легко сумеют проконтролировать все варианты моих перемещений.