Поначалу я просто съезжаю с холма, ветер свистит в волосах, и восторг переполняет меня:

– Дара! Смотри, как быстро мы едем!

Она не отвечает, всё ещё висит за моей спиной и дуется на меня.

Но когда теневые санки врезаются в скалу и, кренясь, несут меня прямо на большое дерево, страх сжимает мои внутренности. В отчаянии я пытаюсь направить санки в другую сторону, но вместо этого они только закручиваются.

И внезапно меня подкидывает в воздух.

Мелькают нижние ветки папоротников, ломающиеся палочки и листья – вот и всё, что я вижу, когда кубарем лечу вниз с холма. Я приземляюсь на поросший травой берег и успеваю схватиться за небольшое деревце прежде, чем рухнуть в воду.

Что-то свистит у меня над головой, и я пригибаюсь. Едва дыша, я широко раскрытыми глазами смотрю, как мои санки падают в воду и тени рассыпаются на волнах.

У меня сердце уходит в пятки. Ведь там могла бы быть я, если бы не выпала мгновением ранее.

Река бурлит вокруг торчащих над водой камней и плюётся пеной на берег. Трава здесь зелёная и прохладная, и только она в этом месте несёт на себе отпечаток умиротворения.

– Дара? – слабым голосом зову я, обхватив руками колени. – Пожалуйста, поговори со мной. Ты мне нужна. Не оставляй меня одну.

Теневые руки обвивают моё дрожащее тело:

– Всё хорошо. Ты в порядке. Думаю только, что тебе не стоит больше так делать.

Сдавленный смешок вылетает из моего рта.

– Больше и не буду, – вздыхаю я. – Но мне действительно нужна вода.

Я даже горжусь тем, что после такого спуска мне удалось не потерять мешок из-под муки. Не знаю, что бы я делала, если бы потеряла еду.

Я выплёвываю песок, набившийся в горло, и вытаскиваю флягу. От края реки меня отделяют всего несколько футов, но поток стремительный и бурлящий. Самое большое скопление воды, которое мне ранее приходилось видеть – пруд в лесу в поместье родителей, и он гладкий, как оконное стекло.

Я подхожу ближе, с опаской глядя на камни в воде, все мышцы напряжены.

Конец ознакомительного фрагмента.