Я избавился от “хвоста”, проверил, не появился ли он снова. В голове у меня гудело, будто там работал генератор. Ожидание, судя по всему, кончилось. Оно оказалось настолько тревожным, что я боялся себе в этом признаться. “Операция продолжается”, — сказал Ломэн, я снова прислушивался к гулу летающих над рекой вертолетов, смотрел, как полицейские обыскивали строения у фонтанов, останавливали машины. А в подсознании возникали гнусные мысли: тебя купили на подсадную утку, на твоих глазах похитили Представителя, ты не знаешь, где он, — а ведь его могут убить. Раньше ты был хорошим агентом, неужели пора на пенсию?

Из-за угла выехала патрульная машина, я спрятался в тень, подождал, пока она проедет. Небо на востоке просветлело, но у здания универмага горели фонари.

Я ждал индуса на ступеньках.

По улице проезжают только полицейские машины. Велорикши сегодня запаздывают. Ритм жизни нарушился, город с опаской вступал в новый день.

Невысоко в небе стучал мотор вертолета.

Про себя я отсчитал время — прошло уже две минуты. Жду еще минуту и звоню Пангсапа.

Вдруг я заметил движение в небольшом скверике через дорогу. На жарких улицах Бангкока эти скверики напоминают оазисы. Человек стоял лицом ко мне, его голова и плечи были видны среди олеандровых листьев. Он жестами звал меня к себе.

Прежде чем перейти улицу и войти в сквер, я внимательно огляделся. Все спокойно. Лучи солнца касались распускающихся цветов и золотили купол храма, видневшийся над магнолиями. На листьях, которые находились в тени, лежала темная роса. Индус стоял один в сквере и ждал меня. Он выпалил:

— Не мог отойти — боялся упустить его.

Индус смотрел в просвет среди листьев. Я взглянул туда же и увидел на углу человека. Нас разделяло метров пятнадцать, просвет был не больше ладони, но я сразу его узнал.

Одного из людей Куо.

Начинался новый день. Казалось, что рассвело только в сквере. На улицах царила ночная тишина.

Лучи солнца касались лепестков, цветы распускались. Орхидеи свисали над прудом, в котором цветы лотоса раскрывали свои белоснежные чашечки. В ароматном воздухе чувствовался сильный запах камелий; все, что я видел и слышал, имело цвет и ясные очертания: жужжала пчела, падал лист, капля росы сверкала в тени.

Он сделал шаг, и я повторил это движение, чтобы не потерять его из вида. Полчаса назад я отпустил индуса, и он, довольный, ушел. Он так боялся Куо, что приводил меня в отчаяние. С его уходом я успокоился.

Китаец сделал шаг — я продолжал следить за ним. Он кого-то ждал, эти люди опаздывали, и он нервничал, потому что вокруг было полно полицейских. Мне оставалось только молить Бога, чтобы какой-нибудь патруль не привязался к нему и не забрал с собой, — тогда я упущу Куо и шанс найти Представителя.

Так начинался этот день. У меня в руках была такая тонкая нить, что ее мог порвать падающий лист.

Если его сейчас заберут в полицию, на допросе он будет молчать. Этот человек появился в городе открыто с какой-то целью. Он не прятался в развалинах или на причалах — местах, которые наверняка будут проверены.

Моя версия: Куо посылал их одного за другим, чтобы подготовить маршрут, по которому он и его пленник смогут выбраться из города. Если полиция их не тронет, они свяжутся со своими людьми, тщательно разработают маршрут и обеспечат безопасность Куо. Если полиция их арестует, то они будут молчать. Человек, который принял яд, ничего не скажет под любой пыткой.

Надежд на успех мало. Я не могу выпустить его из поля зрения, я должен следить за ним, выяснить, с кем он идет на связь, и все это в городе, где полно полицейских, которые в любую минуту могли кого-то из них арестовать, — тогда Представителя уже не найти.

Пангсапа знал об этом. Думая о своей выгоде, он изо всех сил старался найти Представителя, не привлекая внимания полиции.

Жара усиливалась. Влага испарялась под лучами солнца с травы и с листьев — над деревьями появилась дымка. С центральных магистралей доносился негромкий шорох шин.

Он отвернулся, я проследил за его взглядом и увидел подъезжавшую машину.

Значит, встреча назначена здесь. Я уже все рассчитал: он пришел пешком, но это не означало, что человек, с которым он должен встретиться, тоже придет пешком. Я мог попросить индуса пригнать мне машину или найти такси. Но это рискованно: нервы китайца напряжены до предела, и неожиданное появление машины напугало бы его. Он мог не пойти на связь и скрыться.

Появление этой машины его не испугало: он знал о ней, ждал ее и уже направлялся к краю тротуара. Машина начала притормаживать. Я подождал, пока она остановилась, подошел ко входу в сквер и приготовился действовать.