В ванной комнате, куда он прошел, нехотя встав с кровати, витал аромат её духов. Герман закрыл глаза и, улыбаясь, представил Эмму. Короткими яркими вспышками перед глазами пронеслась ночь любви.

Он принял душ, вышел из номера и поспешил спуститься вниз, не посчитав нужным заскочить хотя бы на минуту к себе.

В ресторане, беглым взглядом осмотрев присутствующих, – Эммы среди них не было – он заметил, хотя, правильней будет сказать, его заметила Тамара. Она распрямила плечи и позвала Германа за свой столик. Пришлось подойти.

– Как ваше самочувствие? – спросил он, продолжая рассматривать посетителей ресторана, надеясь отыскать среди них Эмму. – Выглядите вы хорошо.

– Хорошо птичке в золотой клетке, а того лучше на зеленой ветке. Жаль, что я не та птичка, хотя чувствую себя действительно лучше. Вчера, как и обещала Верочка, после укола давление нормализовалось. Сегодня ночью снова подскочило, но не сильно. Сегодня мне помог мой старичок. Да вы садитесь, садитесь. Давайте вместе поедим.

– Я не голоден. О каком старичке вы говорите?

Тамара улыбнулась и достала из кармана зелёную фигурку старца; по размерам не больше спичечного коробка. Она аккуратно поставила её на стол и с благоговейным трепетом сообщила:

– Старик, да лучше семерых молодых. Оберегает от несчастий, с ним я спокойна за свою жизнь. Божество сделано из жадеита. Знаете, есть такой камень, обладает мощнейшей энергетикой, из него делают сильнейшие амулеты. Не расстаюсь с ним восемнадцать лет, всегда ношу при себе, а иногда, – Тамара понизила голос до шепота, – даже разговариваю со старичком. Дурость, да? Но я привыкла. Кстати, вы верите в гороскопы?

– Скорее нет, чем да.

– Зря. Вы их недооцениваете. Если хотите, я составлю вам личный гороскоп.

– Ваше хобби?

– Скорее работа, – хохотнула Тамара. – Работай – сыт будешь; молись – спасешься; терпи – взмилуются. Какой у вас знак зодиака?

– Лев.

– Ваш камень – янтарь, – безапелляционно заявила Тамара.

– А мне говорили, гранат или топаз.

– Нет-нет! Болтовня и красна и пестра, да пуста. Ваш камень янтарь, запомните это. Как и у Анны Марковны. Сегодня ночью она мне много про вас рассказывала, я даже представить не могла, что в усадьбе остановился знаменитый писатель.

Опять Анна Марковна. Теперь понятно, почему Тамара обрадовалась его появлению и приветствовала как лучшего друга, не обошлось без Анны Марковны. Интересно, что она ей наговорила… И где всё-таки Эмма?

– Вы кого-то ищите? – Тамара осмотрелась по сторонам.

– Нет… Хотя, да, ищу… Тамара, извините, мне надо идти.

– Хорошо, – она мило улыбнулась. – Раз надо, идите. Но мы ведь ещё увидимся, правда?

– Непременно, – пообещал он, направляясь к выходу.

– А её здесь нет, – неожиданно сказала Тамара.

– Кого?

– Что? – она округлила глаза и посмотрела на Германа.

– Вы сказали, её здесь нет, кого вы имели в виду?

– Я так сказала? Даже не заметила, наверное, мысли вслух. Бывает. Слово выпустишь, так и крюком не втащишь.

Когда Герман был в дверях, Тамара крикнула:

– Я передам от вас привет Анне Марковне.

Мысли были заняты Эммой, он даже забыл позвонить Лорке и поинтересоваться домашними делами. Забыл о детях, о семилетнем Сережке и девятилетней Тине. Забыл обо всем. Он искал Эмму.

Она сама нашла его, бесшумно подошла сзади, когда Герман стоял у фонтана, положила теплые ладони ему на плечи. Её жаркое дыхание обжигало шею. Не смея отказаться от безудержного порыва, на несколько мгновений она яростно прижалась к телу любовника. Потом так же быстро отстранилась, спешно обернулась, чтобы удостовериться, не стал ли кто-нибудь из постояльцев усадьбы свидетелем сцены нежности. Вблизи не было ни души, за исключением мохнатого щенка с коротким хвостом и длинными ушами, который косолапой походкой топал в их сторону.

– Где ты была? – спросил Герман, отметив, что при свете дня лицо Эммы еще выразительней. Янтарные глаза сильнее приковывают взгляд, волосы «горят» подобно факелу, а полные губы распахнуты в ожидании поцелуя.

– Привет, – отозвалась она, коснувшись золотой серёжки. – Я скучала.

– Я тоже, – стараясь держать себя в руках, чтобы не наброситься на неё прямо здесь, на глазах лохматого забавного щенка, сипло ответил он. – Где ты была?

– Гуляла, – её ответ не показался ему правдивым, она лукавила и даже не пыталась этого скрыть. – Не хотела тебя будить, тебе необходимо было выспаться.