— И вы выяснили, что ведутся переговоры по поводу «Дьявольской короны».

— Вы очень умны. Нет необходимости что-то рассказывать вам, потому что вы уже все знаете. О да, мисс Белинда была готова для меня на все.

— Ее чувства весьма поверхностны, — не без злорадства заметила я. Сейчас она перенесла их на другого гостя. Это австралиец, который ведает золотым рудником. Своими рассказами об Австралии он полностью вытеснил ваш светлый образ.

— Что ж, наверное, это к лучшему. А Бенедикт, значит, докопался до сути? Зачем?

— Ради того, чтобы видеть меня счастливой.

— Значит, он начинает жизнь с новой страницы?

— Все мы время от времени начинаем жизнь заново. И это хорошо. Возможно, помогая людям, можно выиграть больше, чем делая мелкие пакости. Так вы поможете мне?

— Вы считаете, что я замешан в этом?

— Я сама слышала, как вы обещали отомстить Бенедикту.

— Знаете, моя зависимость от него кончилась.

— И вы получили удовлетворение, узнав, что для него не нашлось места в кабинете министров.

— Он очень расстроился?

— Вы же сами сказали, что он умеет выносить удары судьбы. Так произошло и на этот раз. Но он изменился. Если бы нашелся ответ на эту загадку… возможно, он был бы счастлив.

— При условии, что это будет подходящий ответ.

Я слышал, что в районе усадьбы велись какие-то земляные работы.

Я кивнула:

— Кому-то показались, что там недавно копали землю, и это навело на некоторые соображения…

— Но ничего не нашли?

— Нет. Я не верю в то, что она мертва. Ах, если бы она вернулась!

— Вы думаете, что, произойди это, они могли бы жить счастливо?

— Думаю, если бы они постарались… Да, это вероятно. Я уже говорила вам, что он изменился.

Оливер взял мою руку, лежавшую на столе, и пожал ее.

— Вы очень милая девушка, Ребекка, — сказал он. — Я был бы счастлив, если бы все пошло в соответствии с моим планом.

— Я никогда не вышла бы за вас замуж. У меня всегда был…

— Счастливчик Патрик.

— По-моему, пока ему не слишком-то везет. Когда он вернется, все пойдет по-другому.

— Я завидую ему все больше и больше. Вы знаете, мне действительно хотелось бы помочь вам.

— Теперь вы понимаете, почему я старалась разыскать вас. Я подумала, что раз вы встречались с Селестой, то можете что-то знать о ней.

— Где вы остановились?

— У Картрайтов.

— В доме родителей счастливчика Патрика? Я знаю этот дом. И долго вы здесь пробудете?

— Не более недели.

— Вы приехали в Лондон, чтобы навести справки.

Вы хотите разгадать тайну исчезновения Селесты ради Бенедикта, потому что он оказался к вам так добр. Он начал новую жизнь и теперь станет любящим отцом и отчимом. И все вы станете одной счастливой семьей.

— Пожалуйста, не смейтесь надо мной.

— Я и не смеюсь. Я исполнен благоговения. Это ведь много для вас значит, не правда ли?

— Очень много.

— Мне кажется, с вашей стороны было чрезвычайно благородно отправиться в это странствование с целью расследования. Я сделаю все возможное, чтобы помочь вам.

— Каким образом? Вы считаете, что это возможно?

— Как знать?

— Пожалуй, мне пора идти, — сказала я.

— Вы расстроены?

— У меня была слабая надежда. Мне подумалось, что Селеста, быть может, что-то говорила вам.

Джерсон оторвал взгляд от чашки и улыбнулся мне.

— Благодарю вас за чай и за то, что вы выслушали меня, — сказала я.

— Сейчас я рассчитаюсь с Марианной, а потом я провожу вас домой. — Он выдержал паузу и, улыбнувшись, сказал:

— Не волнуйтесь. Я не буду нарушать запрет и не попытаюсь проникнуть в дом.

Мы вышли на улицу и вскоре поймали кеб.

— Боюсь, вы несколько разочарованы мной, — сказал Джерсон. — Как бы мне хотелось оказаться полезным вам!

— Если бы вы могли, то помогли бы мне, — ответила я.

Значит, вы считаете меня не таким уж жуликом?

Нет.

А шантаж? Поиск обходных путей…

Я убедилась, что многие люди, не вполне честные в одном, могут быть весьма достойными в другом.