— Да какая разница, у кого! Ты сколько раз умер?

— Я? Два, кажется... — неуверенно ответил я.

— Вот видишь! А я — одиннадцать! Одиннадцать долбанных раз! Да это, плять, просто рекорд!

— Лен, ну если тебе так тяжело, зачем тогда ты всё это делаешь? — без тени иронии спросил я.

Лена молча скрестила руки на груди, злобно посмотрела в мои глаза и отвернулась.

— Лен? Может по чашке кофе? Или чаю? Пока ребята не вернулись.

Я понимал причину такой агрессии. И поэтому совершенно не злился. Скорее даже хотел как-то успокоить.

Лена ничего не ответила, только шмыгнула носом. Но почему она обвиняла меня? Таймер запустился одновременно с сиреной, когда охранники подняли тревогу. Что я мог сделать? Откуда вообще мне было знать, что так выйдет?

Из коридора донеслась ругань Жеки. Он подбежал к диспенсеру и, не наливая воды в кружку, стал пить прямо так, подставив открытый рот под кран холодной воды.

— После этой доработки неписи капец как поумнели. Всё-таки хреновый был план, — сказал Жека и вытер губы ладонью. — Фу... А вы легко отделались, студентики. Кабана там зажали, но щас и он появится.

— Легко? Да мы сами только что пришли! — возразил я Женьке.

— Э не, Макс! Ты не сравнивай!

— В каком смысле?

— Здесь, в чилл-руме, время течёт также, как в реальном офисе, — начала зачем-то объяснять Лена.

— Именно! А вот там оно в разы быстрее! Понимаешь, студент? — уточнил Жека.

Я почесал затылок, пытаясь понять, что значит, в разы быстрее.

— Короче, тут за одну минуту там проходит пять. Или десять. Так понятнее? — умение ясно излагать свои мысли явно не было суперспособностью Жеки.

— Коэффициент ускорения событий в игре зависит от выбора оператора. Максимальный, который я видела, был около тридцати. Обычно его делают больше, просто чтобы сэкономить время.

— То есть мы в игре проводим целый час, а на самом деле это всё длится всего пару минут?

— Ага, точно! — согласился Жека, схватил со стола конфету и, развернув фантик, засунул целиком в рот.

Из портала, закатываясь со смеху, вывалился Антон.

— Ты чего ржёшь? — громко чавкая, промычал Жека.

— Я нашёл генератор... Он... Он... Был в лаборатории... Давайте. Всё. На второй круг, — Тоха никак не мог остановиться.

Порталы активировались. И мы по очереди стали прыгать снова в жаркие джунгли.

Убрав ветки с машины, мы, как и в тот раз, залезли в неё и поехали к базе наёмников. Кабан снова сидел за рулём. Не спрашивая, я взял рюкзак со взрывчаткой и надел его на себя.

— Ладно, слушайте сюда! — кинув на нас взгляд, начал Кабан. — В этот раз план будет такой. Я пойду первый и сам тихо сниму охранников около склада. Макс проникнет внутрь и заложит взрывчатку. Лиса, Док, вы будете на стрёме. Встретимся в лаборатории.

— А как мы её найдём-то? Эту твою лабораторию, — спросила Лиса.

— Ха! Ты точно не пройдёшь мимо! — смеясь, ответил он.

Мы остановились на том же месте, что и в прошлый раз, возле высоких зарослей каких-то кустарников. Кабан побежал к дыре в заборе, взяв с собой только нож. А мы вылезли из машины и стали ждать.

Раздвинув ладонями широкие листья, я рассматривал сквозь кусты старую лесопилку. Она была обнесена высоким деревянным забором, сплошь изъеденным термитами. Этот забор был настолько стар, что во многих местах сгнил буквально до дыр. А кое-где в нём даже не хватало досок.

Эти наёмники не слишком-то беспокоились о безопасности. Я обратил внимание, что на территории базы не было ни смотровой вышки, ни высоких зданий, с крыши которых можно было вести наблюдение.

— Зачем ты это ешь? — тихо спросила Лиса.

Док обеими руками срывал крупные жёлтые ягоды с кустов и жадно засовывал их себе в рот.

— Да ты попробуй! — пробубнил он. — Знаешь, какие сладкие?

— Я что-то не уверена, что их можно есть. Они точно не ядовитые?

Док тут же выплюнул недожёванные ягоды себе под ноги.

— Вот вечно ты так! — начал возмущаться он. — Раньше не могла сказать?

— А ты тоже хорош! Вечно тянешь в рот что попало.

— Тише вы! Нас могут заметить, — прошипел я.

Вскоре из-за забора вальяжно вышел Кабан с сигаретой в зубах и трофейным автоматом. Беззаботно выпустил облако белого дыма и махнул нам рукой. А после опять скрылся за забором.

— Идём! — сказал я и, пригнувшись, побежал к ограждению.

Мы встали в ряд вдоль забора, и я оказался ближе всех к проходу.