— А што я там забыл? Да вы, мил человек, поглядите только, што за красотища кругом! Где вы найдете еще этакое приволье?! А охота? Рыбалка? Лучшего курорта, ей-ей, не придумать!

— Добавьте: и лучшего убежища для старых грешников, — подмигнул охотник.

— Чего это ты на меня буркалы-то свои разул? На што намекаешь? Это я-то старый грешник? Да я тебя... — вскинулся любитель Севера, сжав кулаки.

— Но-но! Спокойно! Я это, может, про свою персону, про алиментщиков... С руки нам здесь, верно?

— Алиментщик? А-а...

— Вот те и а-а! Лучше вот что: как вы там, деньжат много зашибаете?

— Зарабатываем... Не сказать, штоб шибко много, но в общем прилично. Не жалуемся на власть-то, потому как она, родная, все для народа и о народе печется... Ну ладно, покалякали и будя, — поднялся Белый Халат.

— Ну-ну, бывай, земляк. Впрочем, меня скоро переводят к вам в Адычан. Где ты там вкалываешь сейчас?

— Сейчас?! Разве вы знаете, где я раньше?..

— Пардон! — перебил его охотник. — Промашка вышла. Так где же?

— Ну, у геологов. А што?

— Значит, все лето в «поле»?

— А вы думали!

— А зимой кочегаром тоже у них?

Человека в халате точно ознобом прохватило: «Так и есть, чекист. Прощупывает».

— Откуда ж... откуда вы знаете? Я што, вор, спекулянт? Чего ко мне, как репей...

— Спокойно, спокойно... О том, что вы кочегар, я получил точную справку.

— Справку? Какую справку? У кого?

— Посмотрите на собственные лапы.

Все еще недоумевая и возмущаясь, Белый Халат сорвал рукавицы, глянул на свои черные от въевшейся угольной пыли руки и... усмехнулся.

— Ну, вот и встретились, полицай Дроздов! — сказал строго пришелец. — Или еще точнее — начальник вспомогательной полиции.

— О-о, все ясно! — облизнув обветренные губы и затравленно озираясь, протянул кочегар, чтобы выиграть время. — Вы меня с кем-то спутали. Зайцев я, а не... Слышите? Фамилия моя За-ай-цев!

В виски его настойчиво стучала короткая, как выстрел, мысль: убить — в прорубь — бежать!

— Фамилии — что перчатки. А вот отщербинка на ухе от партизанской пули, так это по гроб. Кстати, куда вы подевали свой железный крест?

Тут он вдруг заметил, что Дроздов-Зайцев (тот стоял вполоборота) как-то весь сжался, напружинился, руки сделали еле заметное движение.

— Не вздумайте...

Зайцев стремительно метнулся с пешней на незнакомца, но в тот же миг, сбитый с ног, грохнулся на лед.

— Сдурел, что ли? — охотник убрал приставленные к груди Зайцева стволы ружья. — Будьте благоразумны. Выдавать я вас не собираюсь, хотя все будет зависеть... Встаньте и не вздумайте еще какой-нибудь фортель выкинуть.

Охая и хватаясь за ушибленное колено, Зайцев приподнялся и, судорожно глотнув воздух, проговорил, будто ворочая во рту кусок льда:

— Чего вы от меня хотите?..

— Когда у вас кончается отпуск?

— Через пару месяцев.

— Ого! Неудачно, черт побери! Надо сделать так, чтоб вас немедленно, в эти дни, отозвали из отпуска. Следовательно, из двух оставшихся кочегаров один должен заболеть или запить. Случается с ними такое?

— Да, у одного даже частенько. Питух.

— Тем лучше. Возвращайтесь в Адычан. Встретимся там в пятницу, в 22.00, у кинотеатра «Айхал». Запомните: в 22.00.

— Вы... кто? Убей бог, не помню...

Загадочно улыбнувшись, охотник сдвинул ушанку на затылок — над бровью, наискось, показался шрам.

— Так и не вспомнил? Не признаешь? — снова перешел охотник на «ты». — Ну что ж... это даже к лучшему. А работать нам с тобой в одной упряжке. Оплата наличными. Можно много заработать, если усердно...

— Знаю, на посулы все вы... все они щедры были. Но я... но мне ничего... я ничего не прошу. Конечно, не худо бы... Только оставьте меня в покое! Дайте дожить до своей смертыньки, — взмолился Зайцев. — Для рейха все что было возможно, я сделал. И не виноват я, что они оказались слабее Советов...

— Заткнись. Многого мы от тебя не потребуем. Провернешь одно дельце — живи как хочешь.

— Как-кое дельце? — срывающимся голосом спросил Зайцев. — Шпионить? Пресвятая богородица! Я не приучен к тому. Я бандит, каратель, полицай, кто угодно, но... — волнение сдавило ему грудь.

— Приятно слышать. Характеристика — дальше ехать некуда. И тем не менее, тебе кое-что придется сделать. Кровь из носу, а сделаешь, — подчеркнул охотник уже тоном приказа.

Зайцев как-то странно вздохнул, со всхлипом: